Он поднялся и, чуть пошатываясь, направился к лесу.
Илдис всего лишь хотел меня похвалить, а я…
Сконфузившись, хотела было пойти за ним, но что-то удерживало. Словно между нами снова выросла стена изо льда, которая только-только подтаяла. «Ну и пусть идёт. Пусть хоть немного побудет один, чтоб впредь неповадно было!» – эта мысль ещё даже не успела до конца оформиться, а я уже её устыдилась. И зачем сорвалась? Почему его лицо, расцветшее радостью, так вывело меня из себя?
– Постой, Але…
Я запнулась и затравленно огляделась. Никого! Но не успела выдохнуть с облегчением, как на плечо легла чья-то рука. Та самая пожилая женщина, с которой мы только что расстались в палатке, участливо погладила меня по спине.
– Поссорились? Бывает. И чего он взъелся, ты же отлично справилась?
Пожав плечами, как бы ненароком скинула её ладонь, всё ещё покоящуюся в районе лопаток. Нельзя же признаться, что это я набросилась на «друида» с обвинениями. Интересно, старица не слышала ничего того, что ей слышать не полагалось?
– Скажи-ка, а вы с ним и правда того? – заговорщически шепнула она, припав к самому моему уху.
– Чего того? – ошарашенно переспросила я.
– Ну, чего, чего?! То-о-го-о-о! Лагерь слухами полнится.
– А что, друид кому-то приглянулся? Ревнуют? – усмехнулась я.
Старуха замахала руками, словно отгоняя какую-то нечисть.
– Упаси, Богиня! За тебя волнуются. Как это молодая да красивая связалась с таким…
– Каким?
Вся показная доброжелательность тут же слетела с меня. Одно дело я в сердцах на мага зашипела, но что они все о нём знают? Как посмели? С трудом совладав с подкатывающей к горлу жёлчью, я снова нацепила милую улыбку. Перемены в моём лице произошли так быстро, что бабка, кажется, ничего не заметила.
– Злой он, хмурый. Да и внешне страшный: тощий, длинный, косматый, как нелюдь какая-то. Подбородок острый, что то веретено, на котором ты пуповину отрезала. Кто с ним по своей воле быть согласится? – заохала карга.
– На самом деле он… – я умолкла на полуслове.
А какой он на самом деле?
Пару месяцев назад я бы с жаром согласилась с её словами, но сейчас они резанули по живому. Разве заслуживает чародей такого отношения? Да, Алестат кажется нелюдимым, но ведь именно вокруг него вот уже столько дней подряд собиралась вся местная детвора, именно его смех разносится эхом над лагерем. Жестокий, этого не отнять, но ведь он такой только с врагами или теми, кого счёл таковыми. Что до внешности, это местные его в замке не видели. С рассыпавшимися по плечам белыми волосами, в шёлковой мантии и серебряном венце маг был похож на чужестранного принца. Воспоминания пронеслось перед глазами яркими всполохами, но вслух я произнесла лишь:
– Друид только кажется таким. Внутри он заботливый и добрый… Очень глубоко внутри.
Старуха воззрилась на меня с подозрением.
– Может всё-таки парочка?
– Нет, у меня есть жених. Лекарь лишь вызвался проводить к Храму, – поспешила я успокоить неугомонную сплетницу.
– Вот и славно! – старуха заулыбалась во все оставшиеся десять зубов. – Теперь я за тебя спокойна.
Она засеменила обратно к повозкам, видимо, спеша поделиться услышанным со своими товарками. Провожая грымзу взглядом, я вздрогнула от неожиданности, когда из тени деревьев показался Алестат. Маг молча прошёл мимо с бесстрастным выражением лица. Оставалось только гадать, слышал ли он что-то из разговора. От этого напускного спокойствия становилось не по себе.
