Щурюсь. На ресницах дрожат радужные блики. Взгляд фокусируется не сразу, но когда это происходит, я поднимаюсь так резко, что бьюсь головой о полку над кроватью. Откуда она здесь? Возле моей постели нет никаких полок.
– Ну, чего ты заметался в такую рань? – спрашивает голос из сна.
Я не осмеливаюсь повернуться, хотя уже знаю, кому он принадлежит. Понимание пронзает, как ржавый гвоздь подошву сапога, глубоко впиваясь в плоть. Вскидываю руку, но она застывает, так и не коснувшись моей макушки. Чувствую, как дрожат ладони.
– Ты быстро спохватился. Да, Алес, твои рожки – я их вижу. А королевская чета в курсе, что один из магов совета полукровка-фейри?
Я так и не решаюсь обернуться. Свешиваю ноги и сажусь на край кровати. Леэтель приникает грудью к моей обнажённой спине. Кожа к коже. Она дотрагивается до одного из рогов, и тело словно пронзает молнией. Руки покрываются мурашками, пальцы немеют.
– Как ты собираешься воспользоваться новообретённым знанием?
Стараюсь спрятать страх за небрежным тоном и холодностью слов. Если придворная растреплет, что я фейри, будет скандал. На границах с землями Дивных неспокойно. Король может решить, что меня подослали. Что тогда станет с королевой, которая поручилась за всю свою свиту?
– Дай угадаю, ты уснул, утратил контроль, и морок, скрывающий твою маленькую особенность, спал сам собой?
Соблазнительница растягивает слова так, что фраза походит на довольное мурчание дикой кошки. Я продолжаю хранить молчание. Что тут скажешь, когда она уже и сама обо всём знает. Отец был прав, я не готов…
Она снова легко касается кончика рожек, ероша волосы, но я перехватываю её руку. Резкий поворот. Тесно прижимаю женщину к себе, раздумывая, не свернуть ли ей шею, пока не подняла шум.
– Хочешь, научу их прятать? – Она нежно гладит меня по щеке, доверительно заглядывая в глаза.
– Я умею, но что толку. Любой морок рассеивается, стоит потерять концентрацию.
– А что, если никакое колдовство и не нужно?
