Итак,
Короче, все свои вопросы я задала Маринке, моей закадычной подружке, когда мы встретились возле метро.
— Да ну, бред, кто в гости с ксивой ходит? — передернуло ее от моего вопроса. Под «ксивой» она, скорее всего, подразумевает документы. Марина — любительница нестандартно изъясняться. Банальности она не уважает примерно так же, как и водку без колы. — Просто фамилию свою бубнишь и номер хаты — и все. И про книгу — байки из склепа. У всех сторожевых псов уже давно компы.
Мне пришлось дважды моргнуть, чтобы избавиться от добермана, представшего перед внутренним взором, который сидит в кресле и набирает текст на клавиатуре. А еще у него на мордочке очки. Слава богу, я очень быстро поняла, кого подразумевала Маринка.
Сегодня у нас лекции до трех, а в пять начнется вечеринка. Адрес был в рассылке — элитный дом на краю города, от метро еще добираться на автобусе. Вот бы подвез кто… Я живо представила себе, как Алекс подъезжает к крыльцу вуза, опускает стекло и подзывает меня рукой… Да, почему-то на лекции он сегодня не явился. Странно надеяться, что явится к их окончанию, только чтобы подвезти девчонку, с которой пару раз перекинулся ничего не значащими фразочками.
— Можно к тебе заскочить примарафетиться? — спросила Маринка ближе к концу последней лекции. Я из нас двоих жила ближе к вузу.
Старенький преподаватель начал посапывать, что в это время совершенно естественно (полтора часа беспрерывно рассуждать о макроэкономике — это для его возраста слишком тяжело), поэтому мы могли свободно общаться, главное делать это негромким голосом, а лучше — полушепотом.
— Конечно.
— А ты будешь переодеваться? — окинув еще одним, уже десятым, тщательным взглядом мое простенькое вязаное закрытое платье, полюбопытствовала подружка.
— Нет, — пожала я плечами. — А что не так?
— Ну ты даешь… Это же вечеринка! В пентхаусе богача!
— Слушай, если этот богач купит мне платье от Диор, то я, так уж и быть, переоденусь.
— Да кто говорит о диорах и оскарах де ла рента? Вот, смотри, — Маринка приоткрыла пакет, с которым явилась на лекции. Оттуда показалось нечто невообразимо яркое, осыпанное кучей пайеток. Маринка была брюнеткой, в отличие от меня, поэтому я искренне заверила ее, что красное ей пойдет. Хотя, на мой взгляд, с блестками — перебор.
В ответ на «перебор» Маринка достала косметичку и продемонстрировала мне новые тени для век с глиттером.
— Я соврала, — хитро сморщилась я, — вот это, — показала на косметику, — перебор. А платье само по себе еще куда ни шло!
— Дурочка ты, — захихикала она и попыталась шепотом прочитать мне лекцию на тему того, что девушка должна быть яркой. Как будто мне сегодня лекций профессора не хватило… То, что говорят преподаватели, хотя бы поможет на экзаменах и зачетах. Я давно заметила, они любят, когда отвечают прямо их репликами, слово в слово. А вот как мне поможет в жизни умение хорошо краситься и наряжаться?
— Отстань, — миролюбиво попросила я.
Но тут подключились Оля и Света с соседней парты.
— Маринка права, Карин, тебе нужно переодеться! У тебя ж было розовое платье, коротенькое, которое тебе ужасно идет!
— В нем холодно уже…
— Да че вы ее уговариваете! — протянула сзади Олеська, совершенно не боясь разбудить препода. — Нам же больше достанется! Одной конкуренткой меньше!
— Ты серьезно думаешь, что Алекс обращает внимание на такие вещи, как внешний вид? — возмутилась я.
— Конечно! Как и все!
Ну, тогда он мне и не нужен, подумала я и только хотела об этом сообщить, как со стороны доски донеслось невразумительное:
— Записываем, записываем…
— Че писать-то? — с серьезным видом спросила у меня Маринка, как будто я могла знать.
Но тут же препод захрапел, и мы засмеялись.
— А я в новых сережках! — похвастала Светка. — Неужели не заметили?
Боже, все решили принарядиться ради этого Алекса. Даже полненькая Светка, которая всегда говорила, что отношения с мужчинами — это вообще не ее, на первом месте у нее карьера, а где-нибудь к тридцати… Маринка всегда в такие моменты натыкивала мне едкие сообщения, дескать, такая «жирная страхолюдина» никому не сдалась, вот и делает вид, что сама не хочет. Лиса и виноград — классика жанра.
— Очень красивые, — похвалила я, стараясь, чтобы звучало искренне.
— Детский сад, — вставила словцо Маринка. — Это что, бабочки?
— Да! К ним еще колечко прилагается, но оно крупное, в нем писать неудобно, я на праздник сразу надену.
