- Ты утратил концентрацию от радости, Константин Георгиевич, - поучительно ответил дед на вопросительный взгляд внука, - учись больше и ты сможешь возвращать души обратно в тела. Рано или поздно и Маркиз вернется к жизни. Главное, чтобы ты лучше учился.
Вряд ли дед был честен в ту минуту. Через два года деда не стало и никто из Любомирских даже не попытался его воскрешать. Константин тогда окончательно разуверился в возможности воскресить своего маленького щенка. Но это будет только через два года с того момента, как маленький мальчик пошлепал по лужам с полным решительности лицом, забыв о том, что проливал слезы над лежавшем в грязи Маркизе.
***
- Дурак ваш дед, - произнес я, открывая глаза.
Все-таки хорошо, что я до сих пор не снял бинты с головы. Компресс на затылке смягчал лежание на татами. Хотя телу такая поверхность была непривычна. И как они на этом спят?
Повторяя старческое кряхтение Александра Любомирского, я поднялся на ноги.
Паучиха лежала на том же месте. Из-за замотанного лица не было ясно, спит ли она или нет. Может поискать на улице палочку, чтобы потыкать в нее и убедиться, не померла ли?
- Спишь? – Спросил я.
- Нет, - отозвалась девушка.
- Дура твоя знахарка, - разочарованно констатировал я, - не вернулась мне память от ее зелья.
- Оно и не для этого, - голос девушки прозвучал обиженно, - мой народ пьет его, чтобы поговорить с образами давно умерших предков и узнать от них то, что ты хочешь услышать.
- Как узнать? Мне только сон какой-то снился про лошадь, деда и собаку, - с раздражением ответил я.
- Нужно было заранее придумать вопросы и только потом пить это, - ответила она.
- А мне кто-то это сказал? Откуда я вообще это знать должен был? – Изумился я.
- Ты ничего об этом не спрашивал. Вот тебе и не говорили.
- Да ну вас к черту, - мне захотелось что-нибудь срочно сломать, но эта комната была и без этого пустой. – И духов ваших черных тоже. Где ваши «мертвые дома»? Покончу с этим раз и навсегда. Плевать, что до вечера еще далеко.
- На них наложена печать для защиты от духов, - спокойно отозвалась она.
- Как выглядит?
- Так же, как и та, что у тебя на ладони, - с удивлением произнесла Паучиха.
Но мои кисти были чистыми. Повертев их перед глазами, ничего необычного на них так и не увидел. Или я смотрю на них не тем зрением?
Без пробитой головы входить в концентрацию было намного сложнее. Только через полминуты мне удалось это сделать.
- И что это? – Спросил я, глядя на золотистый дымящийся символ на правой ладони, из которого паутиной шли тонкие энергетические полосы вдоль всего моего торса.
- Печать для защиты от злых духов, - с удивлением проговорила она, - ты ходил все это время и не видел ее?
- Кто ее наложил? И каким образом?
- Тебе лучше знать, кто тебя трогал за ладонь.
Никто другой со вчерашнего дня не касался моей руки. Только лавочник Джуанг усиленно тряс мою ладонь. Если бы я не сбежал, этот ушлый старикан бы точно затребовал за это денег.
- Джуанг мог?
- Если я правильно помню этого человека, то мог. Но это значит еще и то, что никакой пользы от этой печати нет и ты будешь ходить с ней дня три минимум, как дурак, - сказала девушка и рассмеялась.
Вот сейчас и проверим, как эта бесполезная печать сработает на злых духов.
Поиски подходящего дома заняли совсем немного времени. Как оказалось, я сегодня проходил мимо него и даже постучался, но мне тогда никто не ответил.
Кто, собственно, должен был мне тогда открыть? Черный дух в тапочках и халате? На такой случай на дверях и стоит переливающаяся золотом печать диаметром в полметра. Справлялась она так себе, раз то призрачное существо разгуливало спокойно и только мне являлось три раза.
Зато человеку внутрь пробраться было невозможно, в чем я убедился на собственном опыте. Стальной люк танков из музея бронетехники таким крепким не казался, как эта хлипкая полупрозрачная дверь-шторка, скрепленная видимой только с помощью магического зрения печатью. Рисунок представлял из себя кольцо с иероглифом в виде домика в центре.
Ломать чужую собственность мне не хотелось. Мало ли потом азиатские бабки кинуть на меня магическую порчу за такое варварство. Пришлось долго думать, как проникнуть за запечатанную дверь.
Золотистого цвета магия казалась для меня связанной со светом. В противовес ей должна стоять магия тьмы или ночи. Для меня, как воздушного мага, толку от таких умозаключений было мало, но зато у меня на поясе болталась катана. Клинок в ножнах по внешнему ничем не отличался от белых домов и такой же по цвету брусчатки, но стоило мне вынуть его на белый свет, как от само лезвие начало источать черный дымок. Из ножен валило в разы больше эфемерной массы, но это можно было списать на простой факт, что сама катана долгое время находится внутри специализированного герметичного чехла, потому вся выделяемая ей энергия накапливается до тех пор, пока эту лампу джина не откроют.
