Боязливо коснувшись кончиком катаны магической печати, на всякий случай прикрыл ладонью лицо, но ничего толком и не произошло. Я провел клинком вниз, оставляя след черного дыма в воздухе. Теперь печать была с полосой черного цвета посередине.
Дверь легко поддалась и беззвучно отъехала в сторону, забирая правую половину печати вместе с собой, а левую оставляя висеть в воздухе.
В нос ударил затхлый спертый воздух. Вдоль стен ровными рядами от пола до потолка стояли закупоренные тряпками глиняные горшки. От порыва свежего ветра с улицы один из них свалился на покрытый слоем пыли в два пальца толщиной татами. Сосуд раскололся пополам, а через трещину посыпалась земля.
В центре комнаты виднелась ровная дыра в полу, края которой казались спиленными чем-то высокотехнологичным. Нельзя было исключать и вариант с неизвестной для меня магией.
От любопытных глаз прикрыл входную дверь. Надеюсь, что ее не заклинит и печать не восстановится быстро. Не хотелось бы оказаться замурованным внутри этого «мертвого дома».
Я подошел к дыре в полу и обнаружил ведущий вниз туннель с приставленной к одной из стен гнилой деревянной лестницей. Через бумажную входную дверь свет пробивался с трудом и дна не было видно.
Слепив при помощи земли из битого горшка небольшой комок, бросил его в яму. Судя по звуку удара, глубина была не меньше трех метров.
Как я пришел к жизни такой, что приходится лезть в подобную клоаку? Вроде бы жил и не тужил, после смерти стал столичным дворянином, а все равно приходиться копошиться то по помойкам, то по домам с призраками и духами. Все знатные в Боратовске то по поместьям сидят, то по кабакам, то еще где-то весело время проводят. Марта уже вовсю к праздничному вечеру готовится, а я в это время вынужден лезть под землю на встречу с непонятным черным существом.
Только сейчас до меня дошла мысль, что верный Кольт Иствуд был полностью разряжен. После осознания этого факта уверенности у меня поубавилось. С другой стороны, что пули должны сделать призраку? Вот и правильно, нечего даже было на них надеяться.
Мне не было страшно. Вряд ли меня хотели убить или как-то навредить. Этот черный дух даже позаботился о том, чтобы бой в пещере с химерой окончился для меня благополучно. Зато было неприятное предчувствие, что мне могут поручить какое-то темное дело, как это хотел сделать тот лысый жандарм. Вот только отмазаться от того человека можно было именем серьезного знатного покровителя. А с этим духом у меня уж точно будет предложение, от которого невозможно отказаться.
Как не оттягивай поход к стоматологу, а дырки в зубах от этого не зарастут пломбами.
Сплюнув вязкую слюну на пыльный пол, полез вниз. Лестница неприятно скрипела, а верхний слой дерева отслаивался при касании, но хотя бы сердцевина не успела сгнить, позволяя мне спуститься.
Когда ботинки коснулись плотно утрамбованной земли, я обернулся, но увидел только темный туннель высотой в два метра и шириной в полтора человеческого корпуса. Дальше одного шага не было видно вообще ничего.
В надежде увидеть хотя бы белую пелену от стен и потолка я прибегнул к концентрации. Магическое зрение мне не давало ночное видение, но зато золотистая печать для защиты от злых духов излучала свечение и позволяла увидеть хотя бы стену туннеля, которая не имела типичного для стандартных объектов белого дымка. Почему-то она выглядела она так, будто я смотрел на нее обычными глазами.
Свет был слабым и дальше полуметра не доходил, но спасибо хоть и на этом. Не такая уж и бесполезная у Джуанга печать.
Небольшими шажками аккуратно ступал по коридору, искренне радуясь тому, что никогда в жизни не страдал от клаустрофобии. Зато вспомнил терзавшую меня в детстве никтофобию. Тогда страх монстров в ночных коридорах квартиры был иррациональным, но сейчас я ощущал чье-то присутствие в темноте туннеля.
Пройдя через метров десять, я вышел к проходу, за которым потолок и стены расширялись, уходя во мрак, куда мой магический фонарик не доставал. Через пару шагов в темноте проявилось очертание простого деревянного стола.
Сердце учащенно забилось, когда проявилось очертание напоминавшей человека фигуры. Я хотел что-то сказать, но не решился нарушать тишину. На лбу выступили холодные капли пота, неприятно щекотавшие кожу на лице.
У меня не было уверенности, действительно ли эта тень во мраке была человеком. Хоть ни малейшего движения или каких-либо звуков не последовало, но ее внезапное появление заставило меня порядком перепугаться.
Вряд ли человек материализовался у меня перед лицом. Скорее всего печать на моей руке чуть сильнее разгорелась и в один момент начала освещать чуть больший кусок окружающего пространства. Потолка и стен по-прежнему не было видно, а вот до того силуэта в темноте было метра три.
Когда у меня получилось немного успокоиться, я сделал еще шаг и почти уперся в стол. По всей столешнице были разбросаны кучи маленьких черных прямоугольников, но только одна лежала с моего края и странным образом манила меня схватить ее.
