Хмыкнув, зарядил пистолет. А потом решил взглянуть на него магическим взглядом.
В руке у меня лежало нечто сокрытое за густым черным облаком энергии. Читался только размытый контур оружия, с трудом проглядывающийся через такой плотный фон.
Вещица в моих руках не была обычным предметом для самообороны. Но откуда он взялся у Лидии? Неужели здесь каким-то боком постарался черный дух? Странно только, что не связался со мной напрямую. Что-то здесь неладно.
- О… - Крякнул Кирсновский, чуть приподнимаясь на сундуке, - ого, летим.
- Ну а то, - хмыкнул я, рассматривая пистолетик.
- Полетели тогда отсюда. В воздухе нас не достанут! – С радостью завопил парень.
- Дурак ты, - покачал головой я, - нельзя оставлять врагов за спиной. Они ударят потом в ответ и в следующий раз путей для отступления не будет. Вот дядька…
Дальше рассказывать не стал. Вряд ли этому дворянину известно, кто такие десантники, а без этого мой пример неприлично затянется из-за долгих разъяснений.
- Что? – Переспросил Кирсновский.
- Земля ему пухом, вот что, - буркнул я, тяжело вздыхая.
Часовщик перестал таращиться на руку и поднял голову. Мы бы определенно сыграли с ним в гляделки, если бы ночная темнота не скрывала его лицо в размытое едва различимое пятно.
План был максимально прост. Подлететь на сундуке и сделать выстрел из пистолета. Магический барьер не спасет его. Главное только не промазать. А вот на этом моменте возникнут серьезные проблемы. Ну ничего, патронов хватит не на один заход.
Странные фигуры отделились от крыш ближайших домов. Небольшие птицы полетели в нашу сторону, махая широкими крыльями. Это не стоило бы внимания, если бы их глаза не светились желтым электрическим светом.
Поочередно делаем ходы. Мы взлетели, а он в ответ вывел птиц.
Никаких связывающих друг друга цепей не наблюдалось. Скорее всего после смерти они не восстановятся. Вот только одна серьезная проблема: я не могу летать и пытаться пускать в них магию одновременно. Их было с дюжину, а такое количество сбить мне не под силу одним ударом.
- Дружище, ты все еще не приготовил ультразаклинание против толпы врагов? – Спросил я, разворачивая сундук.
Длинные стальные когти походили на лезвия ножей. Подпусти хоть одну такую и можно попрощаться с литром-другим крови.
- Н-нет, - стыдливо ответил Кирсновский.
- У тебя есть пять секунд на подумать, пока я буду от них отрываться. А потом ты колдуешь что угодно, лишь бы сбить их к чертям.
Сундук поплыл по воздуху.
Химеролог выставил в сторону руку. На его ладони появился зеленоватый огонек. Мы продолжали лететь, но никаких изменений я не наблюдал.
- Не сворачивай с цели, - попросил тихо Кирсновский.
С крыши перед нами взмыла птица. Она была поменьше наших преследователей и имела белые перья. Махая крыльями, летела прямо на нас.
Небольшой голубь сел в сияющую зеленым светом ладонь Кирсновского.
Другой рукой парень вцепился в край сундука. Дерево от касания стало сохнуть и трухляветь так быстро, что за считанные мгновения превратилось в мелкую пыль. Кирсновский погрузил в дыру руку и вытащил целую горсть железных подков, мелких гвоздиков и медных пряжек. Пожмякав горсть железа в руках, он приложил его к тельцу голубя.
Зеленый свет стал ярче. Железо входило в тело птицы, как столовая ложка в густую сметану. Голубь начал разбухать, а из боков начинали торчать концы гвоздиков. Кирсновский провернул этот трюк с двумя новыми горстями.
- Я все время хотел спросить, почему именно тебя выгнали к чертям из столицы в такую даль. Но после такого перформанса вопросы отпадают сами собой.
- Заткнись, - сказал сквозь зубы Кирсновский и, отряхиваясь от выступившего на лбу пота, попросил, - помоги взлететь птичке. Его крылья не привыкли к такой нагрузке.
Птица походила на вздувшееся из-за сырости чучело. Она застыла с широко распростертыми крыльями и несхлопывающейся из-за куска торчащей в клюве бляхи от ремня.
Я остановил наш полет, приложив все силы на отправку в полет заметно набравшей лишний вес птицы. Она залетела в строй механических зверушек Часовщика. С хлопком взорвавшегося воздушного шарика голубь разлетелся на мельчайшие стальные осколки.
Несколько механических птиц полетели вниз, судорожно махая крыльями. Остальные взмыли высоко вверх в воздух.
- Отличная работа, - закричал я, на ходу разворачивая наш корабль.
Теперь твари хотя бы не преграждают нам путь. Да, они заходят скорее на атаку сверху, но тем самым позволяют мне ломануться напрямик к Часовщику.
- Держись так, как не хватался за материнскую сиську, - взревел я.
Кирсновский с ужасом вернулся к крепким объятиям с сундуком. Для лучшей аэродинамики пригнулся и я.
Со скоростью пущенной с вертолета КА-52 ракеты мы полетели в сторону замершего от удивления Часовщика. Ветер свистел в ушах, а дыхание от перегрузки сперло, но замедляться я даже не думал. Крепче перехватывая рукоять пистолета, уставился прямо на грудь, куда стоит целиться в первую очередь.
