За невысоким забором у обшарпанного сельского дома несколько мужиков разделывали свинью. По улицам бегали босые дети в серых драных рубахах. Иногда среди прохожих мелькали кимгийцы в своих то ли монгольских, то ли корейских халатах. Разномастная шайка детей с улюлюканьем колотила друг друга палками под крики о некой битве за Александров.
Наконец-то я достиг знака с заветным названием «Хлебн… 33». По известному только городским архитекторам принципу 2 дом находился в самом центре улицы. Остальные номера получали свое число по спирали от того здания. Причем загадочным образом дом 1 на карте отсутствовал.
Среди сельских деревянных домов встречались и длинные двухэтажные коробки. Местами дома зияли выбитыми окнами и отломанными ставнями. За некоторыми открытыми дверьми можно было увидеть разбросанное по полу грязное тряпье и прочий мусор. Люди на этой улице выглядели изможденными и каждый второй мужчина походил на алкаша. Причем азиаты не сильно отличались от жителей с европейской внешностью. У некоторых лицо было таким заплывшим, что можно было с трудом понять, от рождения ли у него узкие глаза или приобретены после запойного пьянства.
Дом с номером 2 оставил у меня гнетущее впечатление. Когда-то это трехэтажное здание имело нежно-зеленые стены и декоративные белые колонны вдоль стен. Теперь же все выцвело и обвалилось кусками. Широкие оконные проемы местами были заколочены наглухо досками. У входа в здание несколько мальчишек жгли костер. За их действиями со скучающим взглядом смотрела женщина лет сорока с усталыми глазами. Она расчесывала черные волосы потертым гребешком с черными пятнами.
- 50 копеек, - коротко сказала она, когда я подошел поближе.
- Здрасьте, - поздоровался я.
- И вам того же, - кивнула женщина, пристально рассматривая мою одежду.
- Я ищу мужчину кимгийца или гойдийца лет тридцати. У него длинные волосы и солдатская шинель…
- А, ты из этих, - хмыкнула она вполголоса.
- У него одна рука, - продолжил говорить я.
- Еще и такие предпочтения, - опять прервала меня женщина и скривилась от отвращения.
- Мне не для этого, дура, - нахмурился я.
- Все вы так говорите…
Еще мне подколов от проститутки не хватало. Особенно такой дешевой.
- Так, ты того мужчину здесь видела? – Спросил я, чуть повышая голос.
- Узкоглазых не обслуживаю, - загадочно ответила женщина.
- А кто обслуживает?
- Минхэ. На втором этаже ее комната. Рядом еще горшок с засохшей травой.
- Спасибо, - хмыкнул я.
За входной дверью меня встретил затхлый сырой воздух. Дом оказался обжитым всякими отбросами общества заброшенный отель. За стойкой портье была горой свалена сломанная мебель, куски которой снаружи мальчишки. Особенно выбивался в той горе стул, который бы был прекрасным экспонатом для музейной выставки о дворянском быте 18 века, если бы на него не сел трехтонный бегемот.
Лестница на второй этаж была обрушена. Я бы мог, конечно, пройтись по коридору и найти другие подъемы наверх, но даром что ли был магом? Под шокированные взгляды двух мужиков, у которых из одежды были только засаленные штаны и полотно наколок на весь торс, я поднялся по парящим в воздухе кускам ступенек.
- А вы кто? – От неожиданности роняя сигарету, спросила у меня девушка в коротком мужском кимоно.
- Архитектор. Ремонтирую здания на лету, - под грохот падающих ступеней сказал с улыбкой я.
Девушка пошла разбираться, как я взобрался на второй этаж без лестницы. Я благополучно скрылся за поворотом коридора, пока ко мне не появились новые вопросы.
По обеим сторонам длинного коридора все двери были похожи друг на друга. На каких-то даже оставались номера еще с тех времен, когда здесь был отель. Искать в таким условиях нужную мне комнату – это то еще приключение.
Горшок с сухими сорняками я отыскать смог, но только он находился аккурат между двумя номерами. Из одного доносился очень характерный скрип и ругань, свидетельствующая о том, что хозяйка принимает гостей. В другом номере был просто какой-то БДСМ. Вмешиваться в процесс я считал поступком некрасивым. Пока одна из хозяек не освободится, мне стоит поспрашивать о том одноруком у кого-то еще.
Я уже начал отходить, как усиливающиеся звуки из-за второй двери заставили меня остановиться. Женские всхлипы стали намного громче и ощущались болезненными. Когда я отчетливо услышал удары по чему-то мягкому, решил все-таки постучаться в дверь.
На мой стук люди внутри номера никак не отреагировали. Судя по всему, им было не до посетителей. Входная дверь оказалась не запертой.
Худощая девушка плакала в углу комнаты. Мужик с грязными жирными волосами и потной тельняшкой стоял над ней и колотил стену кулаками. С каждым ударом он издавал утробный рык, как бык на ферме. Костяшки пальцев были сбиты до крови.
- Эй, быдло, - крикнул я, - ты чего тут дебош устраиваешь?
