Чай Лунцзин, один из так называемых "четырех сезонов", подразделялся на семь классов, каждый из которых славился огромным разрывом в цене с предшествующей категорией. Когда-то семья Бэков не обращала внимания на стоимость подобных вещей, но теперь у них были весьма непростые времена. Чашка чая, которую только что выпил Теодор, стоила десятка золотых монет. И это доказывало тот факт, что Бэк Чонмюн относился к нему с большим уважением.
Когда воздух в комнате смягчился, а атмосфера стала расслабленной…
Стук-стук-стук!
Чей-то нетерпеливый стук в дверь вновь напряг всю обстановку. Бэк Чонмюн почувствовал того, кто стоял за дверью, и крикнул:
– {А ну прочь! Разве я не сказал, чтобы ты не появлялся, когда я разговариваю с драгоценным гостем?!}
Так же, как и существовал официальный язык западного континента, на восточном континенте был свой собственный общепринятый язык. Назывался он китайским, и именно на китайском сейчас говорил мастер Бэк Чонмюн.
Этот язык зародился в центральных регионах восточного континента и со временем распространился по всему востоку. От этого странного произношения Теодор почувствовал какой-то дискомфорт. Однако в следующий момент дверь открылась, и обнаружился сам источник дискомфорта.
– {Отец!}
За дверью оказался молодой человек. Нет, его лицо было всё ещё достаточно молодым, чтобы его можно было называть мальчиком.
Это был один из двух детей, которые несколько дней назад приехали в особняк вместе с Бэк Чонмюном. Третий сын семьи Бэков, которого звали…
– {Я кому сказал, Бэк Донгиль!? Ты совсем меня не слушаешь!}
"Точно, Бэк Донгиль!"
Теодор с удивлением заметил, что понимает китайский.
От Ли Юнсуна ему достались знания и опыт китайцев, но он никогда не использовал их язык. Возможно, благодаря Бэку, что-то из огромного багажа поглощенных знаний всплыло на поверхность, ведь до сих пор он не нуждался в знании восточных языков. Но вот, теперь это дало ему возможность не только наблюдать за происходящей перед ним сценой, но и понимать её.
"Возможно, в моей голове есть еще какие-нибудь глубоко захороненные знания…"
Пока Тео анализировал эту "находку", спор между двумя людьми становился всё более ожесточенным.
– {Отец, пожалуйста, выслушай мою просьбу всего один раз!}
– {Ах ты наглец!}, – разгневанного крика Бэк Чонмюна было вполне достаточно даже для того, чтобы напугать тигра.
Однако Бэк Донгиль лишь покачал головой и произнес:
– {Разве ты не знаешь, какое я унижение испытываю, живя так! Если ты мне не разрешишь, то просто откажись от меня прямо сейчас!}
– {Э-это…! Ты действительно сумасшедший! Что об этой ситуации подумает господин Тед?!}
– {Я извинюсь перед ним!}
Теодор не знал, в чем именно заключается проблема, но в голосе Донгиля явно чувствовались нотки неотложности. Бек Чонмюн уже не сердился и, глубоко вздыхая, поглаживал подбородок. Как только поток брани со стороны отца прекратился, Бэк Донгиль посмотрел в сторону Теодора.
"Гм-м?"
Представлял ли Тео, что столкнется с чем-то подобным? На лице и в глазах мальчика он мог увидеть отражение своего собственного прошлого. У него были пылающие глаза, наполненные желанием не сдаваться и идти до самого конца. А ещё у него было лицо того, кто много раз пытался не впадать в отчаяние.
Посмотрев на Теодора, Бэк Донгиль упал на колени и поклонился Бэк Чонмюну. Это было коутоу (1). На востоке это считалось чем-то постыдным и использовалось только тогда, когда люди видели императора.
Увидев подобное поведение своего сына, ярость Бэк Чонмюна взлетела до небес.
– {Быстро встань!}
– {Отец! Передай этому господину мои слова!}
– {Глупый парень! Я тебя никогда не учил быть таким!}
– {Это верно! Ты меня не учил!}
Ссора пошла на второй круг. Теодор даже всерьез обеспокоился тем, что может увидеть меч. Итак, он открыл рот и произнес:
– {Вы оба, достаточно ссориться.}
Услышав голос Теда, Бэк Чонмюн шокированно замер.
– {Наша семья…!?}
– {Я не сдамся, пока отец не согласится… Э-э? }
Не в силах поверить своим ушам, два человека уставились на Теодора.
– {Мастер Бэк, я хочу выслушать Вашего сына.}
– {Э-э, что ж, ладно.}
Бэк Чонмюн был настолько поражен свободному владению китайским языком Теодора, что кивнул, не в состоянии отказать. Получив разрешение Бэк Чонмюна, Тео перевел взгляд на замершего Бэк Донгиля и сказал:
– {Итак, молодой мастер Бэк?}
– {Да-да!} – нервно воскликнул Донгиль.
– {Не знаю, о чем идёт речь, но если у Вас есть что сказать мне, то скажите об этом прямо.}
– {… Да, я понимаю.}
Казалось, Бэк Донгиль снова успокоился и встал с уже более спокойным выражением лица. Он повернулся к Теодору и слегка вздохнул.
Бум-м!
А затем он снова упал на колени и поклонился.
– {Пожалуйста, простите мою грубость! Надеюсь, Вы преподадите мне, Бэк Донгилю, несколько уроков Вашего мастерства!}
– {Этот наглый парень!}
Бек Чонмюн попытался было остановить Донгиля, но Тео лишь покачал головой. Тем не менее, спокоен маг был только снаружи.
Внутри он с удовлетворением улыбался.
"Что ж, так может быть даже лучше".
Это могло сберечь его третье условие и в некотором смысле помочь получить ему больше, чем он планировал.
