По мере формирования Искусственного Инь и Яна в руках Теодора, вокруг него закружился мощный магический шторм. Это было сосуществование, которое невозможно было поддерживать даже самым опытным магам. Данное чудо было попросту невозможным без помощи Искусственного Инь и Ян, который Теодор получил благодаря изучению у Абэ-но Сэймэя Искусства Оммёдо.
У Тео уже был кое-какой опыт в использовании этих сил. Однако то, что он собирался сделать сейчас, было своего родом взятием нового горизонта. Если речь шла о балансе, которого не могло существовать в материальном мире, он должен был перетащить его в нематериальный.
– Пространственный Выход.
Среди многих полезных свойств Умбры, эта представляла собой способность высшего уровня, которую Теодор мог поддерживать всего 10 секунд. Она заставляла определенную область вокруг рук Теодора перейти в нематериальное измерение.
Таким образом, незавершенная магия достигла следующего этапа.
Согласно теории Инь и Ян, теперь мир был в руках Теодора. Процесс создания превосходной красно-синей сферы достиг своей кульминации. Она была слегка вытянутой, яйцевидной формы, словно мир, рожденный, чтобы погибнуть. Это был несовершенный мир, который мог существовать всего несколько мгновений благодаря Пространственному Выходу Умбры.
Однако этого оказалось достаточно. В тот момент, когда магия Теодора была закончена, Хайд также нанёс удар своим мечом.
– Умри, враг империи! – взревел мастер меча.
Из божественного меча, сиявшего, словно солнце, выстрелил луч серебряного света.
Мощь артефакта, впитавшего последнюю жизненную силу мастера меча, была несравнима с той, которую он показывал прежде. Это было нечто намного большее, чем то, что Хайд использовал для уничтожения чернокнижников; эта сила могла убить даже дракона.
Но тогда почему…?
Странно, но Теодор чувствовал себя более спокойным, чем когда-либо прежде. Когда весь его разум и тело наполнила неожиданная тишина, Теодор решил дать название этому заклинанию, плавающему между его ладонями. Известный писатель использовал это слово, чтобы назвать истинное разрушение.
И Тео, вспомнив его, тихо произнёс:
– Абраксас.
Когда он прошептал это слово, мир сломался…
А свет родился.
* * *
Это было слишком великолепно, чтобы называть его взрывом, но достаточно мощным, чтобы вызвать настоящее опустошение. Клайм Солайс и великая магия, Абраксас…
Столкновение таких сил, что, как правило, можно было увидеть лишь в Эпоху Мифов, заполнило пространство, созданное мечом бога, и это вызвало появление трещин, расползшихся во все стороны, словно паутина.
Последствия конфронтации оказались настолько разрушительными, что даже это пространство оказалось не в силах их выдержать.
Если бы хоть какая-то из сил оказалась мощнее, то равновесие было бы нарушено, и пространство рухнуло бы окончательно.
Тем не менее буря серебряного света была отброшена назад, а где-то в её центре, куда не проникал ни один человеческий глаз, раздался резкий скрежет металла.
Свет, заполнявший всё вокруг, начал постепенно угасать, а ударные волны сходить на нет.
– …Это конец?
Человек, оставшийся на поле боя в совершенном одиночестве, поднял веки.
Его глаза были темно-голубыми. Этот цвет ни за что нельзя было спутать с безжизненно-серыми глазами Хайда.
Это был Теодор Миллер, который выступил против мастера меча, вооруженного мечом бога, и победил.
Окинув взглядом пустое пространство, он кое-что нашел.
– А вот и он…
Меч, утративший своего владельца, Клайм Солайс, лежал на том самом месте, где только что стоял Хайд. Самого мастера меча, ровно как и его останков, не было. Тео задумался, не выбросило ли труп Хайда из этого пространства одной из ударных волн, или же он попросту превратился в пыль после того, как вся его жизненная сила была высосана клинком.
В любом случае, одному из Семи Мечей Империи явно пришел конец.
Подумав об этом, Теодор прищурился.
"Хайд и меч бога…"
У Тео было ещё много вопросов относительно мастера меча и его оружия.
"Любой, кто осведомлен об эффектах артефакта подобного уровня, явно знает и о побочных эффектах его использования. Даже если Хайд потерял руку, зачем жертвовать мастером меча, предоставляя ему этот убийственный клинок? Как-то это нелогично".
Кто же за всем этим стоял? Правда, мог быть и такой вариант, что Хайд с самого начала знал о возможном исходе и был согласен на такую цену. Однако, поскольку Теодор исключал самые легкообъяснимые возможности, у него появилось плохое предчувствие.
Человек, который мог использовать мастеров меча в качестве расходных материалов, и к тому же сумевший получить сокровище из Эпохи Мифов, меч одного из богов…
Теодор чувствовал, что этот человек окажется куда более хлопотным, чем вся Компания Оркус вместе взятая.
И вот, в тот момент, когда Теодор продолжал ломать себе голову…
Фру-у-у-у-у!
Божественный меч, застрявший в земле, начал дрожать и громко прямо-таки кричать. Теодор не знал, что происходит, а потому машинально сделал несколько шагов назад.
Однако тут же раздался грубоватый голос Глаттони:
