Не обращая внимания на окровавленную одежду Теодора, Элленоя обняла его и тут же использовала свою исцеляющую силу. Вскоре внутреннее кровотечение остановилось, и Теодор тихо пробормотал:
— … Чертовая ящерица. Всё таки один удар я пропустил.
Это было похоже на приветствие в исполнении Нидхёгга. Его телепатическая атака не содержала в себе ни малейшего намерения убить Теодора. Однако то, что дракон был способен нанести урон волшебнику 8-го Круга одним лишь этим…
Нидхёгг и вправду был монстром, которому не смог бы противостоять ни один смертный. Однако у Теодора и его товарищей были свои средства.
— Элленоя, сколько ещё нужно времени до призыва божественного существа?
— Вчера я слышала, что это займет ещё четыре дня.
— Итак, три дня. Основываясь на скорости передвижения противника, они прибудут через два дня. Значит, мы должны продержаться всего один день.
Обычная нежить была бы существенно ослаблена в дневное время суток. Однако эти мертвецы выходили за рамки общепринятых стандартов. Это означало, что им придётся сражаться с нежитью, которая не знала усталости, на протяжении как минимум двадцати четырех часов. И подобная перспектива испугала бы любого, даже самого стойкого воина.
А затем Теодор встал со своего места.
Он лишь рассмеялся над заявлением Нидхёгга.
Теодор не стал уклоняться от объявления войны со стороны Нидхёгга.
Прошло два дня.
Это был одновременно и длинный, и короткий промежуток времени. Обнаружив приближение армии нежити, Теодор и остальные в полную силу занялись подготовкой к предстоящему сражению.
Пусть это было и не идеально, но они сделали всё возможное.
Блестящие амулеты, висящие на шеях эльфов; зачарованные стрелы, покоящиеся в колчанах; и целая сеть оберегов, покрывающая всю южную границу, — всё это было работой Теодора. Он не потратил впустую ни одного часа, до предела использовав каждую унцию своей магической силы.
— подумал Теодор, стоя на переднем крае границы южного леса. Однако его взгляд был устремлён вовсе не на результат своей работы, а куда-то за горизонт.
С каких пор его зрение превзошло физические пределы…?
Вдалеке, на расстоянии, с которого не видели даже эльфы, маршировала орда нежити. И этот вид безобразных монстров, которым не нужно было даже дышать, отпечатывался на сетчатке глаз Теодора.
Безжизненное Красное плато не могло остановить вторжение тех, кто уже был мёртв.
— Ах, родовое древо, спаси нас…
— Помогите нам, предки…
Эльфы, чувствовавшие приближение смерти, начали молиться. А тем временем мало-помалу весь горизонт начал заполняться гнилой плотью, запекшейся кровью, личинками и прочей мерзостью.
Хорошо, что Красное плато было безветренным. Насколько ужасным было бы зловоние от сотни тысяч оживших трупов? Вдохнув его, даже самый стойкий рыцарь неизбежно бы отравился.
И вот, когда нежить подошла ещё ближе, сумерки осветили их уродливые тела.
Медленно брели рыцари-скелеты, окутанные красновато-чёрной аурой.
Тяжело шагали трупы громадных монстров, размерами превышающие огров.
Завывали полупризрачные баньши, возвещая о грядущем кошмаре.
А в воздухе хлопали крыльями костяные виверны, время от времени оглашая окрестности своим рёвом.
— невольно подумал Теодор, почувствовав приступ тошноты от вида обезображенных трупов самых разных существ.
Помимо всей перечисленной нежити, он также отметил присутствие рыцарей возмездия, призраков и личей.
А позади них можно было увидеть громадный силуэт злого дракона, который и был их настоящим врагом.
Шаг за шагом армия смерти продолжала приближаться к Эльфхейму.
Бу-дум. Бу-дум. Бу-дум.
Этому войску не требовались ни барабаны, ни военные горны. Мертвецы были всего лишь марионетками, находящимися под контролем некроманта. Они следовали указаниям дирижера, указывающего им путь своей палочкой.
Если он скажет им идти вперёд — они не остановятся, пока их тела не превратятся в труху. Если он прикажет им остановиться — они не сдвинутся с места, даже если на них обрушится стихийное бедствие.
Бу-дум!
… Что как раз и произошло.
— О-они о-остановились? — раздался чей-то заикающийся голос.
Теодор двинулся вперёд. Враги всё ещё находились в нескольких километрах от окраины леса. Тем не менее, вряд ли бы они остановились просто так.
— Это ты, Джерем? — прозвучал усиленный магией голос Теодора.
— Внемли моей милости, — ответил чернокнижник, контролирующий всё это полчище нежити, — Если ты добровольно отдашь мне своё тело, я пощажу твоё королевство и его людей. Против великого Нидхёгга они всё равно обречены.
— Ха, неужели ты думаешь, я соглашусь?
Несмотря на давящее ощущение, Теодор не стал отступать назад.
