Тишина после разрыва связи с Изначальным длилась всего мгновение. Воздух был густым, пропитанным запахом озона и чем-то еще — сладковатым, гнилостным, как разлагающаяся магия. Я стоял среди обломков арены, сжимая в кулаке осколки артефакта, чувствуя, как их острые края впиваются в ладонь. Кровь капала на камень, но я даже не моргнул.
Потому что передо мной шевельнулись тела Совета Девяти.
Они лежали там, где упали — серые мантии раскиданы, как тряпки, капюшоны спали, обнажая лица. Пустые лица. Ни глаз, ни рта, ни даже намека на черты — только гладкая, бледная кожа, будто кто-то стер их личности начисто.
И вдруг — дернулся палец.
Я замер.
— Алекс… — позади меня прошептал Элиас, но я не обернулся. Мое внимание было приковано к одному из тел — тому, что ближе всего. Его рука медленно сжалась в кулак, костяшки побелели от напряжения.
— Это невозможно, — прошипел Гаррет, отступая. — Мы разорвали связь!
— Нет, — сказал кот, шерсть на его загривке встала дыбом. — Мы разорвали их связь. Но не его.
И тогда они начали подниматься.
Не как живые. Не как мертвые. Как марионетки.
Их движения были резкими, угловатыми, будто кто-то дергал за невидимые нити. Один за другим, они вставали на колени, потом на ноги, их головы неестественно запрокидывались назад.
И из их ртов полезли золотые нити.
Сначала тонкие, как паутина. Потом толще, гуще, сплетаясь между собой, образуя мерцающую сеть. Они вились в воздухе, извиваясь, как змеи, и я почувствовал, как по спине пробежал ледяной холод.
— Это не Совет, — прошептал я.
— Тогда что⁈ — Ирма выхватила кинжал, но ее рука дрожала.
Я не успел ответить.
Потому что нити слились воедино.
Они сплелись в огромную, колеблющуюся массу, поднимающуюся над телами. Формы не было — только мерцающее, пульсирующее скопление золотых волокон, медленно принимающее очертания.
Сначала — руки. Длинные, тонкие, с слишком многими суставами.
Потом — голова. Без лица. Без глаз. Только гладкая поверхность, на которой проступали тени — словно кто-то пытался слепить черты и не смог.
И наконец — рот.
Он раскрылся.
Не для речи.
Для смеха.
Звук ударил меня, как физическая волна. Это не был смех человека. Это был скрежет металла, шепот ветра в мертвых коридорах, голоса тысяч, слитые в один.
— Алекс… — прошептало оно, и мое имя эхом разнеслось по арене.
Я почувствовал, как что-то ответило внутри меня.
Руны на моих костях вспыхнули.
Боль пронзила тело, и я понял — это не конец.
И тогда тьма за его спиной разверзлась.
Из нее вытянулись щупальца — черные, блестящие, как мокрая кожа. Они обвили золотые нити, сливаясь с ними, и существо выпрямилось во весь рост.
— Ты освободил меня, Алекс, — сказало оно. — Теперь я пришел за тобой.
И в этот момент первое тело Совета взорвалось.
Кости, плоть, ткань — все разлетелось в кровавый туман, и золотые нити рванулись ко мне.
Я поднял руку, чувствуя, как магия бурлит в жилах, но знал — я смогу остановить это.
Потому что это был не просто враг.
Это была часть вечной тьмы.
И последнее, что я увидел перед тем, как тьма поглотила все — кот прыгнул прямо в пасть существа.
Я стоял на арене, окруженный хаосом. Воздух дрожал от магического напряжения, а передо мной, словно кошмар, воплотившийся в реальность, возвышалось Оно — слияние золотых нитей Совета и тьмы Изначального. Его безликая голова склонилась в мою сторону, рот растянулся в улыбке, которой не должно было быть.
— Ты освободил меня, Алекс. Теперь я пришел за тобой.
И тогда кот прыгнул.
Не в сторону. Не для защиты.
Прямо в пасть чудовища.
— Нет! — мой крик потерялся в грохоте разрывающихся тел Совета.
Золотые нити сомкнулись вокруг Аэлиса, поглотив его в мгновение ока. Я рванулся вперед, но было поздно. Существо замерло, его форма задрожала, будто в нем что-то… заработало.
И тогда раздался смех.
Но не тот, леденящий душу скрежет, что исходил от Изначального. Это был его смех — дерзкий, знакомый, безумно довольный собой.
— Готово.
Голос кота прозвучал изнутри существа.
И мир взорвался.
Вирус
Я знал этот код.
Каждый символ, каждый алгоритм, каждый обход защиты — всё это было моим. Руны, которые я годами вписывал в кости, заклинания, которые перекраивал под себя, даже тот самый вирус, что должен был уничтожить магические связи Совета… Кот подсмотрел его. Не просто скопировал — улучшил.
Теперь он работал изнутри.
Золотые нити почернели. Не просто потускнели — они начали гнить. Тьма, которая еще секунду назад была частью Изначального, теперь корчилась, как живая, вспыхивая алыми прожилками.
— Что… что ты сделал⁈ — голос существа исказился, распадаясь на сотни шепотов.
Ответ пришел не словами.
Изображением.
Перед моими глазами всплыла голограмма — точная копия схемы, которую я нарисовал неделю назад в подвале Торгового центра. Но с одной маленькой поправкой: в центре, там, где должен был быть разрушительный импульс, теперь красовался крошечный силуэт кота с подписью:
«Сюрприз.»
— Ты… — я не смог сдержать смешка, несмотря на ад вокруг. — Ты встроил себя в вирус⁈
