- Сука! СУКА-А-А!!! – громко выругалась девушка, через силу натягивая ещё одну стрелу. Именно она вышла победительницей из вчерашней схватки с Флер, однако стоило лишь злобе, что захлестнула её после того, как герой проклятий отправил дочь Соколиного глаза в свою резиденцию в горах Скодилии, поутихнуть, как рыжеволосая заметила, что не так-то бесследно прошли для неё те мгновения под громовыми раскатами. Левое плечо болело, в груди жгло, но самое худшее – целиться стало гораздо труднее. Её взгляд помутнился, боковое зрение давало слабину, да ещё и возникшие слепые пятна давали о себе знать. Охотница знала, что ей осталось недолго, но умирать, не достигнув цели? Нет…
- Занимаешься? Я разве не сказал тебе отдохнуть? Собраться с силами, – вымолвил своим замогильным голосом Лоренцо. Появляться и исчезать неожиданно он умел лучше кого бы то ни было, и удивляться этому не стоило. А вот то, что сломанная маска уже никак не скрывала его мёртвую плоть – вот это уже другое дело.
- Иди в жопу, Фаран! Эта твоя чёрная дрянь скоро убьёт меня, а засранец-целитель ещё ходит по земле! – грубо воскликнула лучница, даже не одарив колдуна взглядом. Она призвала ещё одну стрелу, принялась натягивать её, дабы сбить последнюю мишень…
- Насчёт этого я с тобой и собираюсь поговорить, Марианна, – ...но тёмный заклинатель приблизился к ней и медленно опустил её руки книзу.
- Ах, он говорить хочет! После того, как ты забросил меня в эти ебеня?! Ты!.. Ты пообещал мне, что мы убьём его, а теперь что? Дырявим настоящих, всамоделишних богов, но как захуярить одну суку, то не-ет! Ссышь! – выругалась охотница, соскалив зубы. И здесь уже…
- Мне не нравится твой тон, Марианна, – ...даже ледяное терпение Лоренцо дало слабину.
- А мне не нравится, что всё, что у меня осталось – это грёбаный трупак, что ведёт войну с божками! И ради чего?! Ради какой-то давно умершей девки?! Тогда почему?! Ты же должен понять меня, что я!.. Я… – произнесла героиня лука, но под конец она замялась, по телу пошли судороги, а из янтарных глаз вот-вот прольётся первая слезинка.
- Довольно! Ты совсем не понимаешь моих мотивов, – холодным замогильным голосом сказал Фаран. Охотница попятилась, прижалась к стене, чтобы сделать серию глубоких вдохов и выдохов, прийти в себя, вернуть к себе утраченное самообладание.
- Так расскажи, расскажи, ради чего ты сотни лет сидел по помойкам, чтобы вылезти сейчас и поставить всё с ног на уши! Давай, бля… – хотела было в очередной раз сматериться лучница, да только поднятая ладонь остановила её. Не силой магии или тёмных чар, но за счёт осязаемого раздражения, максимального из тех, на который был способен немёртвый человек.
- Достаточно твоих чёрных речей. На этот раз слушай и не перебивай. Катарина действительно была тем, ради чего я сражался, боролся, терпел лишения… Первые десять лет. Затем… Её образ размылся, чувства исчезли, осталась лишь пустота, которую я заполнил богоборчеством. Поначалу я лишь боролся с чёрным божеством, воплощённым хаосом, который желал поработить мир. Против него-то герои и были созданы. Ты знала, что первые из них обладали божественностью? Что ж, божественность убийственна для смертных, но смертные могут быть губительны и для богов. Я убил Тривию, когда она решила убрать меня, когда я прознал слишком много, когда решил изменить мир. Я забрал и подчинил её мощь… На самом деле, лишь её частицу, и то, ты сама видишь, к чему это меня привело. Ты считаешь, что я веду эту борьбу ради мести? Ты будешь права, но это лишь повод. Не будь его, я бы давно оборвал свою «жизнь». На моё место встал бы другой герой, и боги бы с удовольствием наблюдали за бесконечной борьбой света и тьмы ещё тысячи лет, – поведал Лоренцо, рвано жестикулируя во время своих речей.
- Пф, ну и почему тогда ты не дал мне грохнуть принцесску? Что, в твоей мёртвой туше храбрости не хватает? – скептически поинтересовалась Марианна.
- Глупая девочка. Ты считаешь, что смерть врага даёт тебе победу? Что, убив его, у тебя всё будет хорошо? Ты считаешь милосердие слабостью, но я говорю, что это сила. Слабый солдат не может не убивать, иначе убьют его, либо с вражеской стороны, либо свои же. Слабый грабитель из подворотни не может обходиться без насилия, ведь без него он – ничто. Даже герой, что доблестно прорывается через тысячные армии на самом деле лишь заложник своей гордыни, не сумевший предотвратить кровавый бой. Убить просто, ты сама это знаешь, но сделать вчерашнего врага своим верным союзником – это уже гораздо труднее. Послушай, что я тебе скажу – задумайся, что привело тебя к этому, ведь может оказаться, что ты сама навлекла всё на себя, – наставлял разрываемую своими чувствами девушку герой проклятий. В конце-то концов, он осознавал, что недавняя победа, в том виде, в котором удалось её достичь – всего лишь результат совпадения десятка случайных фактора. Нет, Фаран не стеснялся лишать жизней, однако гнев свой он направлял лишь на небожителей, ведь со смертными можно вести дела и договариваться, пускай и с переменным успехом.
