Особенно пристально разглядывать маленькие надписи она начала, ухватив словосочетание «Сибирский форум». Инга не все понимала в рассуждениях участников передачи, но, кажется, речь шла о том, что частные проекты не должны мешать интересам Империи. Например, упоминалось о продаже сибирского леса, которая уже много лет контролировалась старым предприятием «Вторяк и ко». Ведущий задавался вопросом, не помешают ли важным для Империи лесозаготовкам и последующей лесорекреации, на которую из казны выделяются огромные деньги, инициативы по строительству новых заводов и комбинатов, разрушительных для сложившейся в тех краях экосистемы…
Неужели все так просто?
Инга невидяще уставилась в экран. Она помнила скандал в станице Смоленской, где два года назад пережидала «несезон», помогая местным по хозяйству за еду и жилье. Один из предпринимателей, организовавший в ближайших лесах охоту и получавший из казны деньги на восстановление популяции животных, эти самые деньги пустил на свои нужды. Что-то пошло не так, голодные волки начали нападать на скот, все вскрылось…
Инга уехала из поселения раньше, чем все закончилось. Ей та история добавила переживаний: вдруг полицейские поймут, что она – побегаец, или местные сдадут за пару рублей? Но обошлось.
Обсуждения кары, которая должна была обрушиться на нерадивого предпринимателя, запомнились надолго. Некоторые говорили, что его могут и расстрелять, другие возражали, что сумма небольшая…
– Эй, Инга, заснула? – Кюн держала в руках объемный пакет с какими-то картонными коробками. – Идем, все куплено. Ты же не против томатного соуса? И морс пей, он лучше холодным.
Желудок подсказывал, что подойдет любой соус, главное – побыстрее.
– Пойдем, – Инга забрала у Кюн пакет, оставив оборотня с парой стаканов морса, – у меня появилась идея.
Попрощавшись с хозяйкой «Вкусного места», они вышли на улицу и отправились обратно к Демычу и проектам.
– Ты это, прежде чем начнешь излагать, на Кэрээчэне не обижайся, ладно? – немного смущенно проговорила Кюн. – Она очень плохо говорит по-русски и потому стесняется. Обычно дочь ее за прилавком, она оба языка хорошо понимает. Но днем клиентов мало и Кэрээчэне сама со всем управляется. Но название блюд – это одно, а разговор – совсем другое. Поэтому она только поздоровалась, и все. На самом деле ты ей понравилась.
Инга усмехнулась про себя. Наверняка знай она язык, много бы нового про себя услышала. Вслух эмпат сказала лишь:
– Надеюсь, что пельмени будут вкусными.
– Сто процентов! Кстати, если будет настроение и время, расспроси Ааныс, дочь Кэрээчэне, про призраков. Если хочешь, конечно.
– Призраков? Каких еще призраков? – Инга, обдумывающая пришедшую в голову идею, не сразу поняла, о чем говорит Щенок.
– Самых настоящих. Павел Алексеевич утверждает, что их не существует. А как их может не существовать, если Ааныс их сама видела? Шла ночью мимо Тайной Канцелярии, того жуткого желтого здания, которое недалеко, на Большой Лубянке. Массивное, так и давит… Так вот – она мимо шла и видела в окнах, где свет не горел, силуэты призрачные. Стояли и на улицу смотрели. Говорят – это те, кто там, в подвалах, навсегда остался. Да что там – я и у нас, когда к Маркову ходила, призрака видела. Никакую не иллюзию.
Инга серьезно кивнула, стараясь сдержать улыбку. Она бы в вопросах наличия или отсутствия призраков доверилась бы магу, но Кюн, кажется, просто хотелось верить во что-то подобное. Да и говорила она об этом без всякого страха, скорее как о каком-то чуде.
– Хочешь, ночью сходим, я тебе покажу. Там же, в подвалах, есть старые стены, а во время Смуты тут чего только не происходило…
– Когда-нибудь потом, – пообещала Инга, подходя к «их» корпусу Особого.
Пакеты и морс мешали открывать тяжеленную входную дверь, но она справилась.
И едва не налетела на внушительного вида охранника, который вышел навстречу из-за своего стола.
– Вы где были?
– А какая разница… – начала было Кюнней. Посмотрела на охранника, у которого в руках что-то светилось, и быстро поправилась: – во «Вкусное место» ходили, я ж показала.
– И?
– И все. Пришли, сделали заказ, подождали, вернулись. А что?
– Коль так, то стойте смирно.
Инга переглянулась с удивленной Кюн и замерла. В словах мужчины чувствовалась растерянность и крайняя настороженность. Он словно собирался задержать их за что-то незаконное… Только за что?
Охранник достал небольшую подвеску. Провел ей перед Ингой крест-накрест – дважды. И раз – перед Кюн.
– Чисто, – с облегчением заметил он. – Проходите.
– А в чем дело-то? – полюбопытствовала оборотень.
– Кто-то под видом твоей подруги пытался пройти в здание. Рамка сработала, нормально «она» на вопросы, куда ты, Кюнней, подевалась, не ответила. Я потянулся за сканером, и чужак дал деру. Я оповестил вашего шефа, а потом подумал – может, случилось что, и то была не иллюзия…
– С нами все нормально, – улыбнулась Кюн.
– Тогда не смею задерживать. Удачной работы, дамы.
