Она наконец-то оторвалась от компьютера, повернула голову к посетителю. И не смогла сдержать удивленного возгласа:
— Мне? — спросила, растерянно глядя на букетик ландышей, лежавший на ее столе.
— Вам-вам, — подтвердил Дмитрий, кивнув на букет.
Он так тепло улыбнулся, цветы выглядели так нежно, что Наташа тут же забыла о роли строгой Натальи Александровны — тоже мимо воли улыбнулась. Пациент, воодушевленный ее реакцией, громко добавил:
— Пусть и в ваш кабинет придет весна. А то у вас здесь как-то… скучновато.
Его замечание неприятно царапнуло Наташу. Своим рабочим местом — кабинетом и смотровой, напичканными самым современным оборудованием, она искренне гордилась.
— Скучновато? — искренне возмутилась девушка. — И чего же вам не хватает? Немного грязи?
Наташа выразительно посмотрела на букет. Концы ландышей были мокрые — видимо, пациент совсем недавно их купил. Пара капель уже успели упасть на стол, и теперь предательски поблескивали.
— Ну зачем вы так о цветах? — растерялся Дмитрий. — Я же от чистого сердца.
— Уберите! Здесь им не место, — категорическим тоном отрезала Наташа.
— Не место?! — Дмитрий даже покраснел, так задела его грубость врача.
Наташа демонстративно отвернулась к компьютеру: девушка понимала, что, наверное, зря так разозлилась, но уже ничего не могла с собой поделать. Сейчас она была «Натальей Александровной» — положение обязывало.
Дмитрий сердито схватил букет — на стол упали еще несколько капель воды. Он непроизвольно взмахнул свободной рукой: хотел вытереть их прямо ладонью, но только размазал лужицы. Поняв это, парень покраснел еще сильнее и растерянно повертел головой, не зная, куда девать злосчастные цветы. Увидев контейнер с надписью «Медицинские отходы класса А», решительно подскочил к нему и сердито стукнул крышкой, выбрасывая букет.
«Зачем же сразу в урну?!» — едва не одернула его Наталья Александровна, но вовремя спохватилась.
Сама ведь приказала убрать, какой смысл теперь ойкать?
Дмитрий, избавившись от цветов, с нажимом провел мокрой рукой по своим штанам. Думал, что вытер ладонь незаметно, но случайно перехватил взгляд Натальи Александровны. Покраснел еще сильнее и, пытаясь скрыть смущение, сердито рыкнул:
— Мне раздеваться?
— Раздевайтесь! — в тон ему ответила врач.
Еще и головой кивнула, указывая на ширму, за которой стоял стул для одежды.
Она сама разнервничалась из-за дурацкого конфликта. Чтобы занять себя чем-то, взяла спиртовую салфетку и склонилась к столу, чтобы протереть его. Надо же было успокоиться! Однако парень принял ее жест на свой счет, нахмурился сильнее:
— Не беспокойтесь! Больше не повторится! — буркнул, глядя куда-то в окно, и поспешил скрыться за ширмой.
Пока Дмитрий раздевался, девушка открыла его карту. Пациент был дисциплинированным, на профосмотры являлся регулярно. И развернутую диагностику он проходил совсем недавно, Наташа сама вносила результаты на прошлой неделе.
Сегодня можно было ограничиться короткой беседой, без осмотра. Однако, Дмитрий уже разделся, стоял перед ней в одних трусах, переминаясь с ноги на ногу.
Получается, суровый врач Наталья Александровна сама себе лишнюю работу обеспечила. Да уж, веселенький выдался прием — ничего не скажешь!
Прихватив из дорожного кейса портативный магометр, Наташа подошла к пациенту. После ссоры Дмитрий все еще продолжал злиться — чувствовалось, что еле сдерживает себя. И его магическое поле было другим, не таким, как обычно. Магометр фиксировал какие-то необычно яркие проблески. Из-за них аура пациента ощущалась по-другому, она была более живой, пульсирующей.
Магию Дмитрия Наташа всегда воспринимала как рассвет в горах. Светлое, немного перламутровое свечение его ауры очерчивало нечто контурное, скрытое от глаз. Будто легкие облака пытались спрятать массивные вершины. «Картинка» эта была статичной, всегда одной и той же.
Сейчас же его свечение стало тяжелым, обжигающим. Наташа чувствовала жар раскаленного зноя, он был плотного золотого цвета, расцвеченного алыми всполохами. Больше походило на полдень в пустыне. Только не мертвый, «зависший», а с порывами злого ветра.
Но разве у одного и того же человека может быть такое разное поле?! Неужели ее прибор сломался?
Поколебавшись, Наташа пригласила Дмитрия в смотровую, комнату без окон. Ей очень нравилось работать с удобной и точной современной аппаратурой, но своим личным способностям она доверяла гораздо больше. По крайней мере, они не сбоили в самый ответственный момент как капризные приборы.
Плотно закрыв дверь, чтобы не осталось ни малейшей щели, Наташа обернулась. И чуть не ахнула восхищенно. Ей ничего не понадобилось: ни специальная подсветка, ни новомодный стационарный комплекс для магдиагностики. Она почти не видела Дмитрия, только ощущала его излучение. Яркое, жаркое и… безумно красивое.
Наталия никогда не могла объяснить, как именно считывает чужую ауру. Это не было ни зрением, ни осязанием — какое-то совершенно особое чувство.