Цех утопал в полумраке, но над одним из столов светился крохотный шар. Док что-то изучал через странную штуковину, скрывавшую половину лица. Ученый недоуменно поднял всклокоченную голову и глянул на меня сквозь огромные диоптрии, делавшие его глаза непропорционально огромными.
— Простите, — смутилась я и немедленно захлопнула дверь.
— Ты можешь спросить у меня, — предложил Стриж.
— Где он? — не оглянувшись, выпалила я.
— Смотря что ты ищешь… — Парень определенно понимал причину моего появления в зале, но, видимо, хотел развлечься.
— А то ты не понимаешь. Где туалет?!
— Направо.
— Спасибо.
— Не перепутай с душем.
— Уж твоими молитвами… — процедила я и решительно направилась в указанную сторону.
Завернув за угол, толкнула дверь и остолбенела, осознав, что, как и предсказывал насмешник Стриж, вломилась в ванную комнату… занятую Ратмиром.
Обнаженный по пояс, с влажными волосами, в приспущенных на бедра штанах, он стоял лицом к зеркалу. Широкую мускулистую спину обезображивал огромный ожог в виде пятиконечной звезды, заключенной в круг. Чтобы узнать печать, перекрывающую природную магию аггелов, академические знания не требовались.
Попятившись спиной в коридор, я с трудом отвела ошарашенный взгляд от пентаграммы и в отражении запотевшего зеркала встретилась глазами с Ратмиром. Его зрачки были разного цвета.
— У тебя один глаз… желтый.
В гробовом молчании мужчина развернулся и, заставив поспешно отпрянуть, с треском захлопнул дверь прямо у меня перед носом.
Опрометью я бросилась в зал.
— Удачно? — с глумливой улыбочкой фыркнул через плечо Стриж и вжал голову в плечи, когда я ловко сдернула с него кепку. — Птаха, ты чего?
Из-под темно-каштановых вихров торчали черные рожки, гладкие и полукруглые. Парень взлохматил волосы рукой и недоуменно изогнул брови. Мол, блаженная, чем тебе шапка не угодила? Мы в заброшенной мануфактуре, а не в храме.
Некоторое время я таращилась на доказательство того, что застряла в заброшенных мануфактурах вместе с двумя аггелами, а потом до жути спокойным голосом спросила:
— Вы — они?
— Ты поэтому выглядишь ошарашенной? — рассмеялся Стриж и, ловко выхватив у меня кепку, водрузил обратно на макушку.
— С ума сойти! Вы же так похожи на людей! Проклятье! Вы выглядите совсем как люди!
— Но мы не совсем люди? — окончательно развеселился парень.
— Вот именно!!! Как
— Ты сейчас у меня спрашиваешь? — не понял он.
— Похоже, мой юный друг, это был риторический вопрос, — появился из лаборатории заинтригованный бородач, видимо, желавший узнать, что за очередной переполох устроила нервная пленница.
— Да вы надо мной издеваетесь! — охнула я и вдруг почувствовала, что поперек горла встал горький комок. Еще не хватало расплакаться на глазах у совершенно незнакомых мужиков! Сама от себя этого не ожидала, но я шмыгнула носом.
— Док, слушай, это и есть женская истерика? — с любопытством уточнил Стриж у приятеля, указав на меня пальцем.
— Определенно. — Тот поправил очки на носу.
— Надо же, никогда не видел ничего подобного…
— Ведушка, может, тебе валерьяночки накапать? — дружелюбно предложил лекарь.
Мне очень хотелось подробно объяснить, куда именно они могут засунуть свою валерьянку, но и ученый и аггел уже потеряли ко мне всякий интерес, предоставив возможность беситься сколько душеньке угодно, но без их участия.
— Валерьяночки, значит? Я… — Я резко выдохнула, стараясь побороть злые слезы.
— Что ты? — прозвучал глубокий голос Ратмира, появившегося из ванной.
Влажные волосы открывали маленькие рожки, а глаза снова радовали угольной чернотой. Видимо, чтобы замаскировать природный желтый цвет радужки, аггелы пользовались специальными магическими каплями.
— Я пошла!
— В туалет? — любезно подсказал Стриж, даже не пытавшийся скрыть ехидной улыбки.
— К себе! — рявкнула я и тут же направилась в холодную тесную комнатушку, хотя погибала от желания справить естественную нужду.
— Веда, мы с Ратмиром уходим! — раздался под дверью голос Стрижа. — Так что путь в туалет свободен и безопасен!
Тихо застонав, я перевернулась на кровати, отчего заколыхался водяной матрас, и плюхнула на голову подушку. Из-за учиненной сцены мне хотелось провалиться под землю. Весь долгий день я вела себя как истеричка с многолетним стажем, а в финале превзошла саму себя и обвинила аггелов, спасших мне жизнь, в том, что они аггелы. Стыд, да и только!
Ну… и в дамскую хотелось очень сильно.
Выдержав еще некоторое время, я соскочила с кровати, натянула ботинки и опрометью бросилась из комнатенки. Утопающий в потемках зал действительно оказался пуст. От сквозняка под потолком беспорядочно сталкивались потухшие световые шары, а из-под двери в лабораторию пробивалась тоненькая полоска яркого света. Не останавливаясь, я понеслась в уборную…
…Прежде чем войти в лабораторию, я деликатно постучалась и только потом заглянула в дверь.
— Док?
— Иди сюда, Ведушка, — мягким грассирующим голосом позвал профессор.
