Эскулап выглядел озабоченным и суетливым. Он даже двигался нервно и неповоротливо, точно за пределами своей скромной лаборатории терял точку опоры. Из его рук вдруг выпал лекарский чемоданчик. Внутри что-то истошно зазвенело. Мы со Стрижом единодушно вздрогнули.
— Ой! — испугался Док и принялся обнюхивать чемодан, пытаясь по запаху определить, что именно из снадобий умудрился расколотить. Проведя по промокшему днищу ладонью, он скривился и протянул руку Стрижу:
— Понюхай, а то я не пойму, что разбилось.
Приятель шарахнулся от эскулапа, как от чумного.
— Ведушка, тогда ты, — с жалобным выражением на помятом лице попросил Док.
— У меня насморк, — попятилась я.
— Тебе жалко, что ли, понюхать? — обиделся бородач.
От обнюхивания профессорской длани меня спасла Свечка. Она вкатила во двор на огромном вездеходе, вызвав переполох в курином царстве. Махнув мимо нас, лихая водительница остановила черный автокар точно перед крыльцом и перекрыла проход. Потом Свечка на удивление грациозно сошла с высокой подножки, и у меня в душе шевельнулось раздражение. Как любую другую женщину, меня крайне злил цветущий вид себе подобной особы.
— Изыди, — пробормотал едва слышно Стриж, когда визитерша растянула ярко-карминовые губы в приветственной улыбке.
— Как вижу, шайка в сборе? — бодро произнесла женщина и обратилась ко мне: — Леда?
— Веда, — терпеливо поправила я.
— Никого еще не убила? — с милой улыбкой удостоверилась визитерша.
— А ты? — любезно уточнила я, чуть склонив голову набок. Серые глаза Свечки недобро блеснули, и, резко развернувшись, она направилась к дому. В гробовом молчании мы следили, как женщина гибко протиснулась у крыла автокара и прогрохотала каблуками но деревянным ступенькам.
— Надо потом углы освященной водичкой попрыскать, — задумчиво предложил Стриж, — чтобы сглаз снять.
— Не поможет, — отозвался Док, прижимая к груди чемоданчик.
— Говорят, если в притолоку воткнуть иголку, — неожиданно припомнила я наставления бабушки, сильно верившей в деревенскую магию, — то ведьмы забудут дорогу в дом.
— Чтобы эта забыла дорогу в наш дом, — с сожалением признал Стриж, — придется ей хорошенько но голове шарахнуть.
Мы примолкли, разглядывая обшитый деревянными рейками фасад, и прикидывали в уме, насколько соблазнительна эта идея.
— А когда вернется Ратмир? — вдруг рассеянно уточнил Док, вытирая перепачканную руку о замызганный платок.
— Думаешь, если избавимся от Свечки до его приезда, то он не узнает? — полюбопытствовала я.
— Он повез Любаву в лицей, так что не успеем… — вздохнул Стриж.
Тут во дворе появился спортивный автокар. Когда он затормозил, и Ветров-старший выбрался из салона, мое сердце бухнуло в пятки.
— Заходите в дом, — мимоходом пригласил он, даже не глянув в мою сторону.
— Ратмир, постой! — позвала я. — Есть разговор.
Ветров помедлил и бросил через плечо раздраженный взгляд.
— Сейчас?
Я дернула плечом, уверенная, что позже мне не хватит смелости даже промычать в сто присутствии.
— Говори, — сжалился он.
Я покосилась на приятелей:
— Наедине.
— Ладно, Док, пойдем, — тут же ретировался Стриж.
— А у вас какие-то секреты? — не понял профессор.
— Пойдем. — Приятель потащил упирающегося эскулапа в дом. — Проверим, что ты там разбил.
Когда мы остались с Ратмиром тет-а-тет, он сунул руки в карманы и принялся разглядывать носы своих ботинок, демонстрируя абсолютное отсутствие интереса к тому, что я собиралась сказать. Я вдруг оробела и забыла речь, отрепетированную в ванной комнате. Зря только полночи придумывала, надо было хоть шпаргалку на ладошке нацарапать.
— Ну и? — нетерпеливо подогнал меня Ветров-старший.
— Для чего ты рассказал Свечке, что во мне просыпается черная магия? — выпалила я.
— Она способна помочь.
— Но мы оба знаем, что она не поможет.
Некоторое время мы недовольно смотрели друг другу в глаза и молчали. Я не знала, какими словами попросить о помощи, а Ратмиру надоело ждать — он развернулся и просто направился к крыльцу.
— Проклятье, ты же понимаешь, что мне просто необходим хороший совет! — выпалила я ему в спину. — Ты единственный человек, с которым я могу поговорить об этом.
Он оглянулся через плечо и холодно произнес:
— Строго говоря, Веда, еще пару дней назад ты не считала меня человеком. А теперь хочешь моего совета?
— Строго говоря, Ратмир, еще седмицу назад моей самой большой проблемой было опоздание на работу. Как понимаешь, мне не приходилось сталкиваться с артефактами черной магии и с командами хороших парней, которые больше походят на плохих парней. И коли ты в вашей банде самый главный и самый умный, то да, я прошу у тебя совета.
Взгляд Ратмира пронизывал холод.
— Что ты хочешь от меня услышать?
— Откуда я знаю?! Скажи, что я не пойду и не убью эту женщину! — словно со стороны, я услышала свой голос, а в нем — злость. — Зачем мне ее убивать? Да я самострел в первый раз в руках держала, когда из лаборатории сбежать хотела. Проклятье, мне даже таракана не хватает духу прихлопнуть, как я могу убить человека?!
