– В лечебнице для сумасшедших.
– ГДЕ?!
Мы с Ветаной переглянулись, и герцогиня улыбнулась. Широко и весело, от всей души. Она поняла, что Риса здорова, целиком и полностью. Осталось вызвать родных и передать ее с рук на руки. Поверить в это не мог только господин Альво.
– Позвольте… два года назад вы возвращались от подруги. Вас поймали…
– Да, я что-то такое помню.
– Что-то?! Да вы тут два года орали, когда к вам прикасались…
– Правда?
Риса была искренне удивлена. Она не помнила, она смотрела на себя… и смотрела с ужасом.
– Почему я в таком виде? Какая грязь… и волосы…
Ветана сдержала смех героическим усилием.
– Позвольте мне? Господин Альво, я думаю, вам необходимо позвать кого-то из служительниц и попросить помочь девушке. И послать человека к ее родным.
– Но… но как же! Это же такой случай!!!
– Господин Альво.
В голосе Ветаны хрустел холодный осенний лед. Я тихо завидовала. В кристалле я могу приказать что угодно. А чтобы вот так… нет, так мне никогда не удастся. А господин Альво растерялся и вышел за дверь.
Вета взяла девушку за руки.
– Обещаю, все будет хорошо.
– Правда? – вопрос Рисы прозвучал чуть испуганно, но ее можно понять. Вот так, с бухты-барахты услышать о себе такое…
– Правда. Я же пообещала. И родители скоро придут…
– Спасибо, госпожа Ветана.
– Меня благодарить не за что. Госпожа Шайна – вот кто тебе помог.
– Спасибо, госпожа Шайна. А я вас помню… мы плыли в море, да?
Я улыбнулась.
– Тебе понравились желтые рыбки? Или розовые?
– Зеленые в полосочку, – решительно выбрала Риса, и мы все втроем засмеялись.
В палату ввалились служительницы, и началась суматоха. Так что мы с Ветаной вышли в коридор, где нас ждал господин Альво.
– Дамы?
– Шайна? – переадресовала мне вопрос Ветана. Все просто. – Ты устала – или мы еще можем поработать?
Я прислушалась к себе.
Нет, пожалуй, я не так устала. С удовольствием поработаю. Действительно – с удовольствием. Оказывается, это очень хорошо – помогать людям. И кристалл совсем не страшен…
Следующая комнатка.
Пожилая женщина что-то бормотала на кровати, играла в куколки, передвигала их…
– Впала в детство, – пояснил господин Альво. – Вроде и не старая, сорок пять лет всего, а вот, за два года…
Я кивнула. О таком я тоже слышала. Рассказывал кто-то, давно, еще в деревне.
– А ее семья?
Хотя ответ я уже знала. Семья ее сюда и поместила. Если Риса не могла видеть людей, пыталась убить себя, то тут другой случай. Ее мужу просто больно. И детям тоже… они до сих пор ее любят, приходят постоянно…
– Господин Альво?
Молодая женщина вошла в комнатку. Она была очень похожа на свою мать, только волосы не седые, а темно-русые. И глаза ясные, серые…
– Госпожа Илора, – приветствовал ее лекарь.
– Что тут происходит? Ох… простите, госпожа Ветана.
Ветана подняла тонкую руку.
– Все в порядке. Мы привели лекаря к вашей матери.
– Лекаря? – в глазах женщины вспыхнула надежда, но сразу сменилась тоской. – Но вы же говорили… неизлечимо?
– Сейчас попробует другой лекарь. – Вета пожала плечами. – Я не могла помочь, но это не значит, что я – последняя надежда.
– А… хуже не будет?
– Нет, – покачала я головой. – Мне просто надо подойти и взять вашу мать за руку.
Женщина смотрела с сомнением, но кивнула.
– Хорошо.
И я ощутила, как вокруг меня начал воздвигаться знакомый ледяной кристалл. Но в этот раз он меня не пугал. Он показывает, что происходит, только как через лупу – более ясно, четко… разве это плохо?
Я вижу, что дочь безумно волнуется за мать. И очень ее любит, и ей больно, но она приходит каждую неделю, и будет приходить, и сейчас ей страшно.
Страшно надеяться.
И страшно жить без надежды.
Я касаюсь руки пожилой женщины – и проваливаюсь куда-то вглубь.
Да, и так бывает. Иногда приходит болезнь, которая разрушает не только тело, но и душу. Но тело вылечили, я вижу работу Ветаны так же отчетливо, как саму Ветану. Тело – излечили, а душа куда-то ушла и не вернулась.
И что же мне делать?
Эта женщина… она словно бы глубоко внутри себя.
Говорят, человек до старости остается ребенком, это верно. И ребенком, и внутри нас всегда есть место для уголка детства. Вот туда она и спряталась.
Она не здесь, она там.
Ее близким было больно видеть ее такой, а она – она ничего не могла с этим поделать и спряталась от своих близких. Как-то так…
И я иду по граням кристалла, поворачивая ее память и так, и сяк, словно драгоценный камень, я ищу проход в то место, где она находится сейчас… это сложно, каторжно тяжело, но…
Наконец я словно соскальзываю по ледяной горке – и оказываюсь рядом с маленькой девочкой. Она сидит на большой поляне, вся в цветах, и ей тут очень хорошо…
– Привет, – шепотом говорю я.
– Привет, – откликается девочка. – Ты кто?
– Я Шани. А ты?
– А я Илис… что ты тут делаешь?
– Я за тобой пришла. Домой пора.
Илис дует губки.
– Домой? Я не хочу…
Я могу приказать и знаю, что меня послушаются, но вот приказывать я и не хочу. И просто сажусь рядом с девочкой.
– Хочешь, я расскажу тебе сказку?
– Хочу. Я люблю сказки.
– Я тоже… Так вот, жила-была девочка Илис…
