— Такой талант не может быть незамеченным… — дипломатично ответила она.
— Вот только каково нам придётся, когда он уйдёт? — с грустью заметил Влад. — Бабки-то — тю-тю вместе с Олежкой… Без него мы на фиг никому не интересны…
Они бы ещё долго могли обсуждать Олега, но тут Олеся вдруг ощутила странное беспокойство. Она не могла объяснить, почему ей стало так тревожно. И откуда-то потянуло холодом — стоя в одних носках на полу девушка это отчётливо почувствовала.
— Слушай, а твои днём бывают дома? — спросила она брата, заглядывая в комнаты.
— Отец, как правило, на репетиции, но скоро должен вернуться… Вечером у него, кажется, спектакль, и ему надо немного отдохнуть… — с удивлением проговорил Влад. — Регинка должна быть в школе… А в чём дело?
— Не знаю, у меня какое-то предчувствие… — уже издалека донёсся голос Олеси.
— Ну вот, ещё одна ясновидящая выискалась… — буркнул себе под нос парень.
Он уже собрался было идти на кухню, как вдруг из дальней комнаты, где проживала Регина, послышались шум и крики. Влад бросился туда.
Олеся, открыв дверь в комнату Регины, замерла на месте. Окно было настежь распахнуто, а девочка стояла на подоконнике и смотрела вниз. От неожиданности и образовавшегося сквозняка она поскользнулась и стала падать, едва успев уцепиться за оконную раму. Та угрожающе затрещала. Олеся кинулась к младшей сестре и схватила её за руку, но, понятное дело, долго держать не смогла бы. В глазах девочки мелькнул ужас. Одно дело размышлять о том, чтобы прыгнуть с десятого этажа, а другое — висеть на волосок от смерти. Осознание этого произошло молниеносно. Всё, что было до настоящей секунды, показалось красиво разыгранным спектаклем, когда при желании можно повернуть обратно. Теперь же игры закончились, и наступила суровая реальность, в которой жить ей оставалось всего несколько мгновений.
Поняв это, девочка в отчаянии стиснула руку Олеси и попыталась подтянуться. Оказывается, как прекрасна жизнь! И как немыслимо сейчас умереть.
— Ё-моё! — вскричал подоспевший Влад и, метнувшись к окну, схватил Регину за другую руку.
Вместе, отдуваясь, они втянули её обратно. Девочку била крупная дрожь, а взгляд беспорядочно блуждал по комнате.
— Ты совсем охренела? — набросился на Регину брат, вытирая пот со лба.
Та не могла вымолвить ни слова. Её зубы выбивали барабанную дробь.
— Тише, тише… — примирительно проговорила Олеся, привлекая девочку к себе. — Успокойся, всё уже хорошо…
— Офигеть! — снова воскликнул Влад, с шумом закрывая окно. — Кой чёрт тебя понёс?
— Слушай, принеси водички… — попросила его Олеся.
Ругаясь, парень подчинился.
— Всё в порядке… — тихо повторила Олеся и стала гладить сестру по голове. — Смотри — ты в своей комнате, в безопасности…
Она сама не на шутку перепугалась, но заставила себя успокоиться. Из глаз Регины вдруг полились слёзы — это был хороший знак.
— Что случилась, малышка? — мягко спросила Олеся, прижав девочку к себе.
От её участия та разрыдалась в голос. Но тут зашёл Влад со стаканом воды. Олеся дала Регине попить и жестом попросила его уйти.
— Расскажи мне… — снова обратилась она к младшей сестре.
— Мамы больше нет, и никто меня не любит… Даже он… — всхлипывая, бессвязно бормотала Регина.
— Ты ошибаешься… — Олеся по-прежнему гладила её по голове. — Все тебя любят — и папа, и Влад, и… я…
Регина с недоверием посмотрела на неё.
— А что? — улыбнулась Олеся. — Я всегда хотела, чтобы у меня была младшая сестра… А теперь есть и ты, и Влад, и папа…
Пусть это было не совсем правдой — когда Олеся могла бы успеть их полюбить? Но она, действительно, обрадовалась, узнав, что у неё появились новые родственники. Сейчас для девочки важно услышать, что есть люди, которым небезразлична её судьба. Олеся интуитивно чувствовала это.
— А он? — глаза Регины опять наполнились слезами. — Ему на меня плевать!
— Кто — он? — осторожно спросила старшая сестра.
— Иван Шторм… — помедлив, сказала Регина. — Мой одноклассник…
— И что?
Олесе хотелось заставить её рассказать и тем самым облегчить душу.
— Мне он нравится… Очень нравится! — с отчаянием в голосе призналась девочка. — Я просто тащусь от него! И хотела с ним дружить. Призналась, а он засмеялся и сказал, что я страшная… И ему ходить со мной стыдно…
В её глазах читалась настоящая подростковая боль от первой неразделённой любви.
— Почему стыдно? И с чего это, интересно, он решил, что ты страшная? — возмутилась Олеся.
— Говорит — волосы у тебя, как у гёрлы из дурдома… — всхлипнула она. — А я их специально покрасила ради него… Сама… Только ничего не получилось. Думала, может, и так сойдёт — ярко ведь…
— Дурак он, твой Иван, — сердито проговорила Олеся. — Хоть и фамилия у него Шторм.
— Почему это дурак? — подняла на неё заплаканные глаза девочка.
— Потому что ты не страшная, а очень даже симпатичная… — назидательно проговорила старшая сестра. — А с волосами мы решим проблему в два счёта. Хочешь, завтра пойдём в магазин и купим краску для волос? Я знаю, какую нужно.
— Зачем куда-то идти? — обрадованно спросила Регина. — Можно по интернету заказать…
Она уже немного оправилась от шока и заметно повеселела.
