Дальше пошло уже проще. Понемногу она привыкла к клиентам и научилась во время сеанса отключать сознание. Старалась думать о новой жизни, которая у неё будет, когда она заработает немного денег. Единственное, что её пугало — это регулярные вспышки ярости после встречи с клиентами. И всякий раз ей необходимо было сбросить агрессию — она то рвала в клочья газеты, то царапала какую-нибудь поверхность, то била кулаком по стене. Однажды, обнаружив у задремавшего клиента портмоне, стала его потрошить и нашла фотографии семьи — жены, детей и, кажется, даже внуков. Вполне себе благополучная семья, где все счастливы и любят друг друга. Все, кроме неё самой. Волна гнева захлестнула её. Девушка схватила со стола ножницы и проткнула глаза у изображений. Потом аккуратно сложила фото обратно и вернула портмоне на место.
Как-то раз всё же решилась зайти домой, так как волновалась за Сонечку. Поначалу хотела уговорить Людмилу и забрать малышку, но теперь, когда хозяйка показала своё истинное лицо, это стало невозможным. «Я ей нужна, лишь чтобы обслуживать клиентов, а взять Сонечку она не позволит. Зачем ей эта обуза?»
С такими горестными мыслями подошла к двери собственной квартиры и обнаружила, что та опечатана. Удивилась и стала звонить, ведь ключи потеряла ещё в первый злополучный день. Звонила долго, но ей никто не открывал. А тут как раз домой возвращалась соседка по лестничной площадке.
— Так там же нет никого! — воскликнула она, увидев Марианну. — А ты что, ничего не знаешь?
— О чём? — испугалась та, почуяв неладное.
— Да сестрёнку твою забрали в детский дом, — сообщила соседка. — Я как-то выхожу, а она, бедная, сидит на корточках перед собственной дверью и плачет. Вся такая немытая, нечёсаная, да и голодная, наверное… Я к ней кинулась. Что, спрашиваю, случилось? А она только плачет и сказать ничего не может. Я, конечно, вошла в квартиру. Дверь-то была открыта!
— И что там? — помертвевшими губами спросила Марианна.
— Мать твоя Марина лежала в луже крови… — жалостливо сморщив лицо, проговорила соседка. — Уж ты прости, девонька, но как есть. А отец был в отключке. Я и знать не знала, что они так пьют! У вас вроде всегда тихо было. Ну, вызвала скорую и полицию. Там такое началось! Уже потом сказали, что отец по пьяни пырнул мать ножом в самое сердце. Умерла она сразу, не мучилась. А его забрали. Но потом слух прошёл, что скоро и он помер от инфаркта. Шутка ли, столько пить!
— А Сонечка? — обессиленная Марианна прислонилась к стене — ноги её не держали.
— Я же говорю, малышку забрали в детдом! — повторила соседка. — Вот в какой, врать не стану — не знаю.
Они ещё немного поговорили, и соседка пошла к себе, а девушка сделала вид, что тоже уходит. Сама же, когда за женщиной закрылась дверь, сняла бумажку и проникла в собственную квартиру. Конечно, полиция заметит, и этого нельзя делать. Но как ей быть? Ведь надо забрать вещи, а главное — паспорт. Слава богу, он оказался на привычном месте — в тайнике в виде плюшевого мишки. Там же лежала небольшая сумма денег, которую ей удалось сэкономить при покупке продуктов. В квартире царила разруха, а в комнате родителей на полу зловеще выделялся контур фигуры, обведённый мелом — тут, видимо, лежало тело матери. Девушку стала бить крупная дрожь. Она поспешно собрала необходимое и выбежала из квартиры. Дверь плотно прикрыла и вернула бумажку на место.
Как в бреду, Марианна побрела обратно. «Надо Сонечку найти…» — промелькнула мысль. Только кто отдаст сестрёнку? Она, Марианна, сама — несовершеннолетняя проститутка. Её тоже отправят в детдом. Странно, что пока ей никто не интересовался. Выход один — скопить денег, снять жильё, а потом найти нормальную работу, хотя бы для прикрытия. И, когда исполнится восемнадцать, оформить на Сонечку опеку. А пока надо разыскать малышку — это всё, что возможно. Марианна отчётливо поняла, что других вариантов нет. И этот конкретный план придал ей сил.
Глава 16
Олеся
После репетиции они с Владом вернулись домой, чтобы тот немного отдохнул перед вечерним выступлением.
— Ну как тебе, понравилось? — спросил он Олесю, открывая дверь своим ключом.
— Очень круто! — с восхищением проговорила девушка. — Ваш Олег — просто клад!
— Да уж, — согласно кивнул Влад. — Когда он появился в нашей группе, гонорары взлетели. Только боюсь, недолго нам пировать…
— Что ты имеешь в виду? — насторожилась Олеся.
Они уже вошли в прихожую.
— Не будет Олежек долго горбатиться по ресторанам, — заметил брат. — Учёбу завершит — и как пить дать куда-нибудь подастся…
— За границу, что ли? — не поняла Олеся.
— Почему обязательно за границу? — удивился Влад. — Хотя, может, и туда. С таким голосом его рано или поздно заметят и сделают солидное предложение…
— Хорошо бы… — согласилась девушка. — Мне кажется, по своей сути он — птица высокого полёта, и у него большое будущее… Тут дело не только в вокале… Есть в нём что-то магическое…
— И тебя зацепил? — усмехнулся Влад.
Олеся смутилась. Было бы странно, если бы этот удивительный Олег оставил её равнодушной.
