Перехватил алебарду двумя руками, просунул сквозь решётку.
– В последний миг я буду тешить себя надеждой, что в твоём сердце было хоть немного тёплых чувств ко мне.
Йера открыла глаза, улыбнулась веселей, и Райцер вспомнил, как она смягчила камни мостовой, когда сдёрнула его с коня в Лестеции.
Глиняный ком треснул с первых же ударов.
Когда он раскололся, Йера забилась в судорогах, стряхивая обломки, возвращая подвижность скрюченному, занемевшему телу. Наконец вскочила, торжествующе вскинула руки – и решётка испарилась с едким запахом. Сила! Свобода!
– Дай мне алебарду!
Несколько быстрых пассов, и оружие горизонтально воспарило в воздух.
– Садись! – Ведьма подала пример.
– Что?
– Ты же не думал, что я брошу тебя здесь? Так, какая стена ближе к поверхности…
Замок вздрогнул от подвалов до флагов, часть стены у основания разлетелась, как от порохового взрыва. Через дыру в ночное небо вылетели двое и растворились в темноте.
***
После завтрака Йан пересчитывал карели – приз за поэтически-магический дебют, когда дверь его комнаты с грохотом распахнулась, задвижка разлетелась в щепки.
– Тидер?!
Дознаватель вскинул руку, и Йана снесло с лавки. Припечатало к стене раз, другой, другим боком.
– Вы… что…
– Почему ведьма сбежала?!
Йан мешком грохнулся на пол.
– Один… из рыцарей, в свите короля… оказался её любовником. Помог…
– Да что ты говоришь! Мальчишка, определись уже, на чьей ты стороне! Врагов не щадят.
Тидер нервно пробежался из угла в угол, не признаваясь, что беспокоит его не столько побег ведьмы, сколько то, как нарушатся теперь его планы.
– Я уже поговорил со здешними наставниками, Имценом и Дейленом, они вытянули из второго колдуна кое-что. Мы сейчас же мчимся в Лестецию.
***
Две высокие узкие башенки над городскими воротами маячили далеко справа. Через поля к городской стене гуляючи шла парочка. Их можно было принять за обычных влюблённых, что в этот не по-осеннему ясный день выискивают местечко поглуше и подальше от дороги, если бы не алебарда в руках у девушки.
Парень, тем не менее, пытался возражать:
– Йера, молю, передумай! Зачем тебе эта битва, ведь мы могли бы скрыться в глуши, или в другой стране, и жить мирно, как вольные птицы…
«Вольные, как же». Йера дёрнула плечом, там, где в него впивалась одна из многочисленных нитей Креса. Она его кукла на ниточках, и речи нет… Но вслух сказала другое:
– Куда ни беги, везде будет одно и то же. Страх перед Церковью, вечные прятки. Я хочу сломать всё это, и дышать свободно, ради себя и ради тех, кто уже сложил голову в «паучьих» лапах.
– Но пострадают и простые люди…
– Мир прогнил, Райцер, он полон презрения к тем, кто хоть чем-то выбивается из толпы. Разве не доводилось тебе чувствовать себя одиноким, разве не плевали тебе в спину, а то и в лицо – родные братья? Когда ты пытался сочинять стихи вместо того, чтобы воевать? Когда родня оставила тебя без гроша?
Йера гневно сжала кулаки. Райцер оглянулся, ему показалось, что тень раздвоилась: нет, это трава за его любимой ведьмой жухнет, и за ней тянется выжженный шлейф.
Сама Йера ничего не замечала. Она перехватила алебарду левой рукой, а правой стала на ходу обрабатывать: покрывать древко резьбой, плавить наконечник…
– Что ты делаешь?
– Жезл-концентратор. Сейчас мне придётся работать с очень мощными массивами, руки тут не справятся. Нужен инструмент. Стой здесь, тебе опасно подходить близко в момент его работы.
Райцер только вздохнул и загодя вытащил меч из ножен. Раз уж он отдал душу Дьяволице, то будет защищать любимую до последнего.
Йера вплотную подошла к городской стене и приложила кончик жезла к стыку булыжников. Сероватый раствор, который их скреплял, выделялся на фоне тёмного камня узором. Тоже своего рода сеть. И если её правильно зацепить…
Длина тени уже почти… Время!
Городская стена разорвалась на булыжники сразу по всему периметру столицы.
Встречный ветер крутил летучую ветку, то и дело сбивал с направления. Но Тидер неумолимо возвращался на курс и пёр вперёд с таким бешеным упорством, что Йан приотстал. Шпили храмов и монастырей Лестеции уже кололи горизонт, ещё максимум цесвечка, и они будут на месте…
На город словно вдруг упала дымка – контуры смазались. Тидер на миг оглянулся на спутника и непонятным образом поддал скорости.
– Погодите!
Йан был уверен, что его не слышно, однако дознаватель поднёс кулак к лицу, и Йан прямо над ухом услышал негромкий внятный голос:
– Обратись к своей ветке, подумай, что хочешь лететь быстрее. Это часто работает. Желания мага входят в резонанс с колдовскими вещами.
От скорости было трудно дышать, и глаза слезились, но Йан заметил, как навстречу им, прочь от города, неслись птицы. А дорога внизу словно побурела и шевелилась.
– Что с дорогой?
– Ничего. – Тидер опустил руку, шевельнул пальцами. – А, это крысы. Бегут из…
Даже ему перехватило горло.
