– Если вы хотите пойти в его ритод, – продолжал лама, – я дам вам лошадь, это мой прощальный подарок. Вы найдете там одного из учеников кушог Тобсгийаса, который остался жить в ските.
Карма поблагодарил хозяина, но подарка не принял.
Несколько дней спустя ему снова предстал белый дом, – свет, что лился от него, когда-то привел его к скиту. Вошел в небольшую личную комнату ламы, куда был допущен лишь однажды, и долго лежал распростертым перед тем местом, где сиживал покойный отшельник; ночь он провел в медитации, а утром ушел от того, кто наследовал учителю. Он вручил Карме монастырскую тогу, принадлежавшую умершему отшельнику: перед смертью кушог Тобсгийас изъявил желание, чтобы ее отдали Карме Дордже, когда он выйдет из цам кханга.
С того времени Карма Дордже стал вести жизнь странствующего монаха – почти как знаменитый Миларепа, которого он глубоко почитал. Когда я случайно познакомилась с ним, он был уже стар, но все равно не задумывался о том, чтобы где-то осесть.
Не часто отшельники или другие налджорпа встречают таких странных послушников, как Карма Дордже, – именно поэтому я отважилась так подробно рассказать о нем. А вообще в духовном обучении послушника бывает немало любопытных случаев. Мне приходилось слышать множество странных историй, да и собственный «ученический» опыт в горах Страны снегов склоняет меня к выводу, что большинство их правдивы.
Под общим термином
Если мы примем на веру распространенное среди ламаистов убеждение, нам потребуется найти ключ к волшебству, заключенному в этих любопытных тренировках. Тщательные исследования не вызывают, однако, большого энтузиазма, – ощутимых результатов добивается только тот, кто, занимаясь этими тренировками, стремится приобрести оккультные способности. Но ошибочно и отрицать, что последователи лунг-гом на самом деле производят некоторые необычные явления.
Результаты, приписываемые тренировкам лунг-гом, сильно варьируются, но сам термин особенно часто используют для обозначения такого вида тренировок, которые, как утверждают, развивают необычайную быстроту и выносливость, что позволяет адептам этого учения совершать длительные переходы с удивительной скоростью.
В биографии Миларепы читаем, что у дома ламы, учившего его черной магии, жил некий трапа, который бегал быстрее лошади. Миларепа похвастался, что обладает теми же способностями, и заявил, что однажды за несколько дней прошел расстояние, какое до тренировок преодолевал за месяц. Приписывал он это ловкому контролю за «внутренним дыханием».
Правда, от лунг-гом ожидают не мгновенного проявления необычайной скорости, а чудесной выносливости. И демонстрация результатов состоит не в беге на короткую дистанцию, как в наших спортивных состязаниях, а в преодолении больших расстояний быстрым шагом, без остановок за несколько дней и ночей.
Кроме сбора информации о методах, используемых в подготовке лунг-гом-па, мне посчастливилось увидеть своими глазами троих последователей этого учения. Это большая удача: теми или иными упражнениями лунг-гом занимаются многие монахи, но лишь немногие добиваются серьезных результатов, и потому настоящие лунг-гом-па встречаются очень редко. Первого из них я встретила в
Как-то в конце дня, когда Йонгден, наши слуги, и я лениво ехали через широкое плато, я заметила впереди, далеко от нас, движущуюся черную точку; рассмотрела ее в бинокль – человек… Поразительно: встречи по пути в этом районе редкость, за последние десять дней мы не видели ни души. Да и не ходят обычно в этих краях пешком и в одиночку. Кто же этот странный путешественник?
Один из моих слуг предположил: может, кто-то из торгового каравана, на который напали грабители; убежал ночью, спасаясь, или еще как-нибудь освободился, а теперь вот потерялся в этих пустынных местах. Что ж, не исключено, тогда пусть едет с нами – довезем до ближайшей стоянки пастухов или куда он пожелает, если нам по дороге.
Продолжая наблюдать в бинокль, замечаю: идет этот человек необычной походкой и, что меня особенно поразило, с невероятной быстротой. Мои люди видели его невооруженным глазом только как движущееся пятно на поросшей травой земле, но тоже обратили внимание на быстроту, с которой он приближался. Отдаю им бинокль, и один из них, понаблюдав некоторое время, говорит:
– Лама лунг-гом-па чиг да[101].
Эти слова, «лама лунг-гом-па», сразу заинтересовали меня: так много слышала о чудесах, что творят эти люди; знакома с теорией их подготовки; пробовала даже практиковаться в таких упражнениях. Но вот приверженцев лунг-гом, выполняющих один из своих невероятных переходов, о которых так много говорят в Тибете, видеть не приходилось. Неужели мне повезло стать свидетельницей этого зрелища?
