— Единственное, что имеет значение — это то, что я могу ему помочь. Таус, он будет жить!
— Ты мне не безразлична, и я волнуюсь за тебя. Обещай, что будешь заниматься и воспользуешься моей помощью.
Это звучало разумно, хотя я и понимала, что мне стоило держаться от Тауса подальше. Я медленно кивнула, соглашаясь.
Вечер подошел к концу. Гости разошлись, и я осталась наедине с Борином. Я много раз ночевала у него, но сегодня был первый день нашей совместной жизни. Теперь его дом — мой дом. Все здесь ощущалось по-новому.
Борин распаковывал подарки, и дошла очередь до свертка Тауса. Он снял ленточки и оберточную бумагу — внутри оказалось растение. Я подошла ближе — это был взрослый гибискус, высотой мне почти по пояс. Я посмотрела на карточку с названием сорта и запрыгала, хлопая в ладоши, как маленький ребенок. Сорт был очень редкий и сказочно красивый. У меня шакти заклубилась вокруг пальцев, так сильно мне хотелось посмотреть на распустившийся бутон, но я сдержалась и ограничилась осмотром куста, пританцовывая вокруг него.
Хмурый Борин заступил мне дорогу:
— Дара, чего ты так радуешься?
— Это чрезвычайно редкий сорт, я видела фотографии, но не думала, что в нашей полосе кто-то выращивает его. Это несказанная прелесть! Районированный… — я протянула руку и нежно погладила листья, сдерживая светлый поток.
Борин стал мрачнее тучи.
— Мы вернем его. Ты не станешь принимать дорогие подарки от всяких малознакомых мужчин. Думаешь, я не заметил, как он на тебя пялится?
— Борин, но он же встречается с Мирой, — протянула я, не в силах оторвать руку от куста.
Он не сдержался и громко гаркнул:
— Да перестань ты его гладить! — и затем тихо пробурчал: — Подумаешь, невидаль какая.
Я резко отпрянула в сторону от неожиданности.
— Дара, извини, я что-то нехорошо себя чувствую, — он потер виски. — Я хотел с тобой поговорить. Все эти твои цветы. Они полны жизни и мне не по себе, когда я смотрю на них. Ты знаешь мою ситуацию. Я не знаю, как выпутаюсь из этой передряги, но я обязательно найду выход. А пока я не хочу видеть цветы в нашей квартире. Они меня раздражают.
Я в растерянности оторвалась от гибискуса и задержала дыхание, пытаясь понять чувства Борина. Наверное, и правда, было невыносимо видеть напоминание о том, чего тебе, возможно, не дано в полной мере. Но цветы — это моя жизнь…
Он подошел и обнял меня, убрал прядь волос за ухо и прошептал:
— Малыш, мы же справимся с этим? Правда? Вместе.
Я медленно кивнула несколько раз, не в силах произнести что-нибудь связное. В голове пульсировала мысль о том, что семья важнее.
Мне показалось, что у Борина начинается жар. Он опять потер виски.
Мы перенесли посуду на кухню, я убирала тарелки в посудомойку, а Борин присел с бокалом коктейля и включил телевизор. Он попал на ток-шоу, где разгорался нешуточный скандал. Мы прислушались к теме спора.
— Такую информацию недопустимо скрывать от общественности. Это прорыв в медицине. Новые формы лечения должны не просто освещаться в прессе, а широко внедряться повсеместно с использованием государственной поддержки, — на повышенных тонах ораторствовал мужчина из зрительской аудитории, вцепившись в микрофон.
Его поддержал одобрительный гул голосов, и женщина на другом конце зала, дорвавшись до микрофона заверещала:
— У нас в стране бесплатная медицина. Где это новое лекарство от рака? Почему его не проводят ни по каким программам бесплатной помощи больным людям? Источники энергии — это народное достояние, также, как и полезные ископаемые в недрах нашей земли. Государство и олигархи захватывают контроль и предоставляют лечение только избранным, они не хотят делиться с народом. Им проще продать все за границу.
Борин с отвращением щелкнул кнопкой на пульте и переключился на Дискавери.
На экране появились милые кошечки, а голос за кадром вещал:
— Звери заинтересованы оставить как можно больше здоровых потомков. И здесь в ход идет все, вплоть до беспорядочных половых связей. Установлено, что чем больше партнеров принимает участие в спаривании, тем больше у самки появляется детенышей. Например, у кошки в одном выводке могут родиться котята от пяти разных котов.
Затем в кадр попали львы и тигры, а диктор продолжал рассказывать:
— Иногда львице или тигрице нужно заниматься сексом 50 часов подряд, так как овуляция происходит только через двое суток после успешного спаривания. И если в первый день львица готова спариваться только с одним знакомым львом, то на второй или третий дни ей безразлично, кто удовлетворяет ее страсть.
Борин приободрился, даже забыл про головную боль:
— Человек — это тоже животное. Он живет инстинктами: поесть, поспать, оставить потомство.
Я возразила:
— Ты говоришь про людей, которые ведут животный образ жизни. Люди более развиты. Нам свойственны эмоции и разум. Мы делаем осознанный выбор.
— Мужчины полигамны, Дара, по своей природе.
Я замялась, но все же переспросила:
— Ты тоже? Ты собираешься мне изменять?
Борин принял философский вид:
— Дара, что такое измена? Это понятие растяжимое.
