– Готов поспорить, их двести восемьдесят.
– Вы что, в состоянии определить это с помощью этих ваших… штучек? – Девушка помахала в воздухе рукой, взвешивая воображаемую книгу. – Тогда вы действительно талантливее, чем я думала.
– Во всех книгах, переплетённых Абсолоном, двести восемьдесят страниц. Во всех, когда-либо попадавших мне в руки.
– Ваш дьявольский приятель сам переплетает книги? Звучит не слишком страшно.
– Из его рук выходят книги, способные наносить вред. Книги, способные убивать. Такие, как эта.
– Вы уверены?
– Поверьте мне хоть раз в жизни: эта книга родилась в мастерской Абсолона. Он сам написал её, сам переплёл, даже кожу для обложки Абсолон дубил собственноручно. Словом, от начала и до конца книга была только в его руках. И число страниц в таких книгах всегда совпадает.
– Но почему?
– Возможно, эта цифра для него что-то символизирует. А может быть, он выбрал её просто так. Это своего рода подпись. – Седрик снова коснулся обреза книги – бережно, чуть ли не ласково. – Всегда двести восемьдесят страниц, ни одной больше, ни одной меньше.
– Вы думаете, это он передал книгу Цыганке? – спросила Мерси. – Но ведь она могла просто взять её из камеры вещественных доказательств… если у вас там, не знаю, в главном управлении агентов есть что-то подобное.
Седрик терпеливо улыбнулся:
– Нет, эта книга вряд ли могла храниться в камере вещественных доказательств. Между Цыганкой и Абсолоном должна быть какая-то связь.
– И вы, конечно, рвётесь узнать, какая именно.
– Эй, – прервал их Филандер, – что будет с Темпест? Эта дурацкая ослепляющая книга, Абсолон, странное число страниц… Какое всё это имеет отношение к тому, чтобы вызволить Темпест и Артура?
Седрик вернул книгу Мерси:
– Берегите её. И ни за что не используйте!
Она уставилась на книгу, затем снова на него и хотела было спросить, что, по его мнению, ей в таком случае следует делать, чтобы освободить Темпест и спасти Сесил-корт от уничтожения.
Однако Седрик уже направлялся к задней двери. Он распахнул её – снаружи уже стемнело.
– Дождитесь, пока я не пришлю вам весточку.
– Ну уж нет! – выкрикнул Филандер ему в спину.
Мерси перевела дух:
– Оставь его. Он нам не нужен. – Хотя в глубине души она была убеждена в обратном.
Стоя в дверном проёме, она наблюдала за тем, как Седрик вытащил из кармана свою сердечную книгу. Отблеск страничного сердца упал на его лицо, ноги его оторвались от земли, и он беззвучно заскользил вверх, растворившись в темноте.
Послышался женский голос:
– Праматерь книжных пиявок меня подери…
Выбежав во двор, Мерси задрала голову в ночное небо.
– Это ещё кто был?! – прокричала Фиона Ферфакс, высунувшись в иллюминатор корзины своего воздушного шара. Удивительный летательный аппарат висел прямо над колодцем заднего двора Мерси. – Этот тип чуть не врезался в меня!
Мерси раскрыла рот, чтобы ответить, когда ей в глаза бросилось нечто ещё более необычное, чем силуэт воздушного шара, висевшего над узким двориком: небо над её головой впервые за много месяцев было ясным. Буквально только что знакомая смесь фабричного дыма и тумана с Темзы клубилась на улице перед её лавкой, и невозможно, чтобы воздух во дворе отличался от воздуха на улице. Невозможно, но… силуэт воздушного шара окружало серебристое лунное сияние, а вокруг него в ночном небе светились мириады звёзд.
– Это ваших рук дело?! – крикнула Мерси, обращаясь наверх.
– Что вы имеете в виду?
– Все эти звёзды?
Фиона ответила, рассмеявшись:
– Вам стоит подняться и посмотреть, как они выглядят отсюда.
Филандер встал рядом с Мерси:
– Она может отнести нас к Чэгфорд-хаусу на этой штуковине?
Корзина воздушного шара, закрытая со всех сторон, в продолговатом люке которой стояла Фиона, находилась на уровне карниза, тремя этажами выше Мерси и Филандера. Ниже воздушному шару было не спуститься: он не пролез бы в просвет между домами.
– Не думаю, что она прилетела сюда для этого, – возразила Мерси.
– Тогда давай спросим её.
– Она хочет знать обстоятельства смерти своего брата.
Даже в тусклом свете, лившемся с неба, было видно, как лицо Филандера исказилось от ярости.
– Он пытался прикончить нас. Мы с Темпест чуть не утонули. Какие ещё обстоятельства ей нужны, чёрт побери?
– Мне кажется, её интересуют не причины его смерти, а именно обстоятельства. Как именно Персиваль умер. Похоже, она знает, чем он занимался.
– У нас сейчас нет времени на всякие реверансы! – напустился на неё Филандер.
– Я всё слышу! – крикнула Фиона сверху.
Филандер задрал голову:
– Тем лучше. Вы должны отвезти нас…
– Заткнись! – Мерси крепко дёрнула его за плечо и развернула к себе лицом. – Тебя может услышать пол-Лондона. Давай я сама с ней поговорю.
– Что ты собираешься делать? Пригласить её на чашку чая?
– Если понадобится – да.
Из люка корзины к ним скользнула верёвочная лестница и закачалась посреди двора.
Филандер недоверчиво уставился на Мерси:
– Ты и правда собираешься лезть туда?
– Залезайте, Мерси! – позвала Фиона. – Здесь хоть поговорить можно будет спокойно. И я хочу кое-что показать вам!
– Не уходи, – взмолился Филандер. – Бог его знает, что они сейчас делают с Темпест.
