Тяжело вздохнув, Уорден огляделся по сторонам. В коридоре никого, кроме нас. Я поймала его взгляд. Некоторое время он молча смотрел мне в глаза, а затем произнес:
– Ненавижу одну мысль о том, что тебе придется охотиться одной. Поэтому помогаю.
– Считаешь меня плохой охотницей. Ну и дела!
– Твою же, Кейн! Нет! – Уорден снова запустил руки в волосы, будто желая выдрать их с корнем от отчаяния. – Даже самые лучшие охотницы могут умереть. Я не переживу, если потеряю тебя! Ты мне безумно дорога, даже если этого не замечаешь!
– Я тебе дорога… – бездумно повторила я, но осеклась. Последние годы отношение Уордена было диаметрально противоположным этим словам. – Ты ведь ненавидишь меня.
– Я не смог бы ненавидеть тебя так сильно, если бы не дорожил, – выпалил Уорден, нависая сверху.
Пришлось задрать голову, чтобы видеть его лицо. Во рту пересохло. Чувства, светившиеся в голубых глазах Уордена, отражали мои собственные. Эти три года вбили между нами клинья, но Уорден все равно занимал особое место у меня в сердце. Так было всегда. Даже в самые темные времена, когда, слыша имя бывшего напарника, я мысленно посылала его к черту.
– Какая-то бессмыслица, – пролепетала я, то ли отвечая на слова Уордена, то ли имея в виду свои спутанные мысли. Ничего не понимаю. И все же я не возражала против происходящего и такого близкого контакта с Уорденом. Это даже приятно…
Губы Уордена тронула нежная улыбка.
– Чувства к тебе всегда были бессмыслицей, – прошептал он, погладив меня по щеке и заправив за ухо прядь волос. Его пальцы скользнули к шее.
Я окаменела. Сердце чуть не выскочило из груди, когда Уорден опустил голову, обдав теплым дыханием мои губы. Я забыла, как дышать. По телу пробежали мурашки, глаза закрылись сами собой. Уорден наклонялся все ниже. Внутри все сжалось, когда его губы коснулись моих.
Колени задрожали, и я…
Вдруг за спиной раздалось громкое покашливание, которое произвело эффект холодного душа, заставив вспомнить, что мы по-прежнему стоим посередине коридора.
Я отпрянула, почувствовав, как рука Уордена соскользнула с шеи. В его глазах отразилось мое собственное смятение.
Святые небеса, что же мы творим? Мы… мы ведь почти поцеловались?
Ошеломленная, я обернулась к источнику шума. В нескольких шагах топтались Рокси и Шоу.
– Я так и знал, что между вами что-то есть, – широко улыбнулся Шоу.
А вот Рокси выглядела не столь счастливой.
– Сто двадцать семь дней, Уорден. Сто двадцать семь дней, – мрачно процедила она.
– Да, я в курсе, все почти готово. – Голос Уордена звучал глухо, будто его резко пробудили ото сна.
– Неделю назад все тоже было
Я озадаченно моргнула. О чем вообще речь?
– Что почти готово?
– Рокси нужен прибор отца. Я его модифицирую.
– Зачем?
– Рокси случайно открыла врата в подземный мир и освободила четыреста сорок девять злых духов. У нее есть четыреста сорок девять дней, чтобы вернуть их обратно, иначе проклятый Кевин утащит ее душу в подземный мир.
– Уорден! – прошипела Рокси. – Это тайна!
– Спокойно. Кейн никому не расскажет, правда? – Уорден вопросительно посмотрел на меня.
Слегка сбитая с толку, я кивнула. Харпер охотится за убийцами родителей. Уорден ищет Исаака. Я пытаюсь вернуть Жюля. Почему бы и Рокси не пойти против правил. Очевидно, они того не стоят.
Рокси прожигала Уордена гневным взглядом.
– Дай мне два дня, – вздохнул он. – И мы протестируем прибор в полевых условиях.
– Ладно, – согласилась Рокси, все еще недовольная.
Я слабо представляла, что происходит, но не осуждала Рокси за нетерпеливость. Перспективы оказаться в подземном мире радужными не назовешь. И четыреста сорок девять призраков – это слишком много. С такой задачей справился бы только одаренный охотник на духов.
– Супер! Тогда не будем вам мешать, – с этими словами Шоу утащил Рокси дальше по коридору.
Мы не шевелились, пока эти двое не скрылись за углом. Только теперь я осмелилась поднять глаза на Уордена. Уордена, с которым мы чуть не поцеловались. Уордена, нежно гладившего меня по шее. Уордена, чьи губы почти коснулись моих. И о чем я только думала?
Боже, да ни о чем. Я поддалась чувствам. И что хуже всего, в глубине души мне хотелось поцеловать Уордена. Вот же…
Прочистив горло, Уорден неопределенно махнул рукой в сторону коридора. Интересно, что у него в голове? Жалеет о нашем недопоцелуе? Ему неловко?
– Мне лучше поехать в мастерскую… Теперь ты знаешь…
– Да, у меня тоже… есть кое-какие дела.
– Точно, дела… Увидимся?
– Конечно, – криво улыбнулась я.
Кивнув, Уорден зашагал прочь.
Я смотрела ему вслед. Мысли о не случившемся поцелуе заставляли сердце биться быстрей.
– Пойдем туда, – предложил я, указав в сторону променада.
Четвертую ночь мы бродили по Лейту, пригороду Эдинбурга, пропахшему солью, водорослями и жареной рыбой, и высматривали ведьм. Четвертую ночь избегали говорить о том, что произошло в коридоре рядом с комнатой Харпер.
– Мы там уже были, – запротестовала Кейн.
– Знаю, но давай проверим еще раз.
