Я предложил Грейнджер сделку – я сообщаю ей все, что мне известно, если она сообщит все, что известно ей. Как я и ожидал, она отказалась, но тут вмешался Уизли. Он заявил, что согласен оповещать меня каждый раз, когда ты исчезаешь, если я стану сообщать ему всякий раз, когда увижу тебя в подземельях. Я был потрясен, но согласился до того, как он успел передумать. Уже собираясь уходить, я заметил, чем занимается Грейнджер. Перед нею лежал целый лист, исписанный десятком неверных вариаций фамилии Мейландт. Грейнджер так настойчиво уверяла, что ни под каким видом не будет иметь дела со мной, что я решил проверить, не изменит ли она свое мнение в обмен на кое-что, представляющее для нее определенную ценность. И действительно, после недолгих колебаний она согласилась сказать, в какие дни ты отсутствовал.
– Бьюсь об заклад, что она сказала тебе правду, – прорычал Гарри.
– Вторник, пятница, вторник, суббота?
– Не собираюсь ни что-то подтверждать, ни что-то отрицать.
– Умно с твоей стороны, – ухмыльнулся Драко и холодно взглянул на Гарри: – Больше ты ничего не хочешь мне сказать?
– Нет.
– Тогда пошли.
Драко снял с двери заклятье, они вышли в опустевший коридор, и Драко спросил: – Ну что, мир?
– Не уверен, – нахмурился Гарри. – Я все еще думаю, что ты пытаешься натворить бед.
– Если ты не можешь им доверять, – продолжил Драко, поднимаясь по ступенькам, – то лучше выяснить это сейчас, чем когда будет уже поздно.
– Может, уже поздно. Да ладно, Драко, ты ведь поддерживаешь Волдеморта! Так что тебе я не смогу доверять в любом случае.
– Последнее время я не слишком без ума от Темного Лорда, – пожал плечами Драко.
– В самом деле? С чего это вдруг?
– Мой отец – умный, влиятельный человек, обладающий мощнейшими магическими способностями. Да еще представитель одной из двенадцати самых чистокровных семей Британии. Захоти Темный Лорд вытащить его из Азкабана, он мог бы сделать это за неделю.
– Темный Лорд никогда не несет ответственности за провал. Всегда можно свалить вину на кого-нибудь другого.
– Мой отец – блестящий стратег, – сердито заметил Драко. – Если бы эта засада могла сработать, он бы заставил ее сработать.
– С этим я согласен, – лукаво заметил Гарри. – Твои родители, хоть я и ненавижу их, очень умны. А уж по сравнению с Крэббом, Ноттом или Макнейром, так просто гении. Большая часть Пожирателей Смерти – люди слегка… недалекие, верно? Думаю, что Волдеморт слишком ценит раболепство, чтобы оценить ум.
Они уже дошли до второго этажа. Драко поморщился:
– В любом случае, он не слишком хороший лидер, верно?
– Не слишком. Но я, конечно, пристрастен.
– Да уж, это точно, – заметил Драко. – Стало быть, тебя не беспокоит, что Уизли согласился на эту сделку?
– Он сказал, что собирался рассказать мне об этом.
– Для чего?
– Он думал, что если мне будет известно о том, что он передаст тебе, когда я ухожу, то я не уйду.
– А если бы ты все-таки ушел?
– Не знаю, – пожал плечами Гарри. – Может, он думал, что если предупредит меня, то все будет в порядке. Может, вообще не собирался тебе что-то говорить.
– Он обещал мне!
– Ну и что? – возмущенный тон Драко позабавил Гарри.
– Гриффиндорцам положено быть честными!
– Честными по-гриффиндорски, – пожал плечами Гарри. – Но мы все равно обманываем. Даже Гермиона – и та врет и ворует. Нам лишь нужно верить, что мы делаем это во имя правого дела.
– Потому-то тебя и не удивляют гриффиндорцы-Пожиратели Смерти.
– Верно.
Они тихо открыли дверь кабинета по защите и проскользнули внутрь. Все обернулись. Профессор Люпин холодно взглянул на них: – Мистер Поттер, мистер Малфой, садитесь, пожалуйста. Так как вы опоздали меньше чем на пять минут, на первый раз я не сниму баллы. Но в следующий раз вы будете наказаны. Это ясно?
– Да, профессор, – ответили оба.
Не сговариваясь, они прошли в начало класса. Там на передней парте в левом ряду было два свободных места. Мальчики уселись. Все вокруг недоуменно глядели на них. Гарри заметил, как Драко надменно усмехается в ответ на злой взгляд Рона, и прошептал: – Не доводи его.
– А почему бы и нет? – невинно спросил Драко.
– Потому что это нехорошо.
Драко хмыкнул.
– Нельзя ли попросить вашего внимания? – едко спросил Люпин. В руках у него был детектор лжи. В течение нескольких минут Люпин демонстрировал его на Гермионе, задавая ей безобидные вопросы вроде «Ты умеешь играть на скрипке?» или «Ты говоришь по-французски?». Рон не отводил от Гарри глаз. Гарри видел, как меняется выражение лица рыжика, как злость сменяется болью, а потом грустью.
– Думаю, что мне стоит его простить, – прошептал он Драко.
– Кого?
– Рона.
– Почему?
– Ну, тебя же я простил, верно? А мы лишь неделю назад перестали быть врагами. Он поступил намного хуже, но ведь он много лет был моим лучшим другом.
– Не торопись, – прошипел Драко.
– Что ты имеешь в виду?
– Уйди сегодня вечером, а потом я тебе скажу, сообщил ли он мне что-нибудь или нет.
Гарри подумал над этим предложением, пока Люпин вызывал следующего добровольца, и прошептал: – Ладно.
