– Научу, конечно, куда я денусь. Но не сейчас. Вам еще контролю учиться месяца два-три, чтобы сами себя не поранили, – проворчала я, направляясь в спальню.
Место на рынке удалось получить без особых проблем, к моему великому удивлению.
Видимо, страх начальника перед молодым наместником оказался сильнее, чем перед семейством Фроствик.
Еще бы! Те – простые торговцы, пусть и зажиточные, а этот – целый глава городского совета!
Пусть и в должность еще толком не вступил, но вступит же.
Так что за символическую плату в двести фирнов нам предоставили небольшой уголок поблизости от яркой палатки «Королевских кущ».
Не слишком удачное соседство. Еще шесть прилавков в том же ряду торговали разными рыбными продуктами – как сырыми тушками, так и сушеными, вялеными и копчеными. Там же предлагали пироги, кулебяки, котлеты и жареные на углях кусочки филе. Запахи смешивались, создавая неповторимую и не слишком аппетитную атмосферу. Но покупатели не смущались, активно брали еду домой или перекусывали прямо здесь.
Планировка с прошлого раза не изменилась. Место, выделенное первоначально, оставалось закрепленным за тобой, пока ты от него не откажешься. Но не факт, что в следующий раз предложат что-то получше.
Я искренне не понимала, зачем мешать полуфабрикаты с готовой пищей, но не мне устанавливать правила. Сказали – рыбу в этот угол, значит, так и будет.
Заодно присмотрелась к разнообразным блюдам, прикидывая, что бы могло пользоваться спросом на ледяной улице.
Лучше всего брали нанизанный на короткие палочки шашлык из рыбы с овощами. Стоил он непривычно дорого, но горожане не отказывали себе в этом маленьком удовольствии.
Кай остался дома, сторожить участок. Я пыталась его убедить, что наставила достаточно ловушек, чтобы хватило на три вчерашних отряда, но брат был непреклонен: тоже жаждал подвигов или хотя бы их видимости. Так что на рынок я пошла с Тайрингом.
Обычно ловкий и подвижный парень отчего-то сегодня двигался скованно, стараясь не смотреть в сторону соседних прилавков. Я не сразу поняла, почему.
Забыла, что его отец тоже занимался разведением рыбы.
Дошло лишь, когда к нам подошел рослый, широкоплечий мужчина в рабочем комбинезоне и перчатках. Его светлые волосы отличались от характерных белоснежных шевелюр водных магов – больше золотистого и пепельного.
– Тар? Это ты? – неуверенно спросил незнакомец. —Что ты здесь делаешь?
– Почему не сдох, ты это хотел спросить? – огрызнулся Тайринг в ответ. – Не благодаря тебе, точно.
– Веди себя прилично, нам еще торговать по соседству,– вполголоса напомнила я, ткнув парня в бок острым локтем.
Тот поморщился, но тон сбавил.
– Выпустился из приюта, работаю, как видишь.
– Торговать будешь? Тоже рыбой? – в голосе мужчины сквозила плохо скрытая гордость. – Кровь-то не водица. Помнишь, чему я тебя учил!
– Наша кровь как раз по большей части водица, – не удержалась я от напоминания.
Мне не меньше Тайринга хотелось уколоть человека, способного оставить родного сына в приюте только потому, что тот уродился не с тем даром.
– А это кто? Твоя девушка? – делая вид, что не заметил моей подначки, продолжал мужчина. – Хорошенькая. Я всегда знал, что ты не пропадешь.
– Вы себя так успокаиваете, да? – фыркнула я, делая шажок вперед и прикрывая Тайринга собой.
Он явно не в состоянии сейчас полноценно противостоять родителю. Слишком много эмоций. Ляпнет еще что не подумав. Прямые оскорбления неуместны, а вот дать понять, что трогательного воссоединения не состоится, нужно обязательно.
А то нарисуются еще новые претенденты на участок. Мы со старыми-то толком не разобрались!
– Советую держать здоровую дистанцию. Нас не представили, я вас не знаю, вы меня тоже. Я не девушка Тайринга, а его работодатель. Точно так же, как и вы, плачу за место, точно так же вкалываю. Попрошу немного уважения к коллеге, невзирая на разницу в возрасте. И не стоит пытаться переманить моих работников. Я этого не спущу.
– Я вовсе не пытался его переманить! Он мой сын… —брякнул мужчина и осекся.
Я победоносно подбоченилась.
– Если он ваш сын, почему его фамилия Вейт, как и у сотен других сирот? А если вы от него отказались – не бередите старые раны, сделайте вид, что не узнали. Сохраните остатки достоинства и его, и своего.
Незадачливый папаша сглотнул. Разговор явно двигался в неожиданном для него направлении.
– Я, пожалуй, пойду. Дел много, – замялся он и ретировался за прилавок.
Тайринг за моей спиной рвано выдохнул.
– Спасибо. И прости, что так получилось, – тихо пробормотал он.
– Ничего. Рано или поздно это должно было произойти,– я делано-небрежно пожала плечами. – В конце концов, мы выбрали идентичный бизнес. Пересечения неизбежны.
– Ты права. И все равно неловко получилось.
Я развернулась и поймала растерянный взгляд парня.
Нет, так не пойдет.
– Пусть он переживает! – рявкнула шепотом, чтобы не привлекать внимание конкурентов. – Это его проблема, не твоя! У тебя все хорошо, если захочешь – можем его разорить напрочь, чтоб неповадно было.
