Не ответив, Тайши закрыл за собой дверь и побежал обратно. Ему приказали делать все возможное, чтобы пленники находились в хорошем расположении духа во время путешествия. Перевести женщину из одной каюты в другую не составляло труда. Тайши подумал, что капитан сначала запротестует, но лучше его гнев, чем смерть женщины. Потом, позже, он посоветуется с Ли Ляном, но не сейчас.
Дверь снова распахнулась, Тайши втолкнул Эми в каюту, а сам выскочил.
Боже, наяву перенести это было еще труднее, чем он предполагал. Увидев Эми в черном облегающем одеянии с босыми ногами и блестящими черными волосами, рассыпанными по плечам, Уоррен сразу понял, что никогда в жизни не видел зрелища более восхитительного. Как она была красива и как желанна! Но он не может себе этого позволить. Ему хотелось одновременно заплакать и кого-нибудь убить. За такое искушение убить надо этого дурака Тайши!
Эми не выглядела ни испуганной, ни усталой. А впрочем, она никогда не отличалась пугливостью. Девушка молча пожирала его глазами, и тут он сообразил, что практически раздет. На нем были чьи-то старые штаны, которые ему пришлось к тому же обрезать выше колен, они были ему коротки и явно тесноваты. Однако раньше он не чувствовал в них себя голым.
Никто из них не решался нарушить молчание. Уоррен боялся заговорить, чтобы не пустить петуха. Наконец, собрав волю в кулак, он прокаркал:
— Чем ты его так запугала? А, знаю, у тебя одно оружие, и я его вижу. Долго гадать не приходится.
— Ты верен себе, желая меня оскорбить, — отозвалась Эми со своей обычной невозмутимостью. — Неплохо, но не обязательно. Ты, должно быть, забыл, как трудно меня оскорбить, раз уж я знаю причины твоего поведения. На самом деле я добилась своего, угрожая тем, что задохнусь.
Вскочив с тюфяка, на котором сидел, Уоррен воскликнул:
— Что такое ты городишь?
— Я пригрозила Тайши покончить с собой, если он не приведет меня к тебе. Сама удивляюсь, как быстро мне это удалось.
Вот проклятый китаец! Если бы он объяснил сразу все как следует, можно было бы ему растолковать, что риск заключается в сильном приступе кашля.
— Уходи, Эми.
— Не могу, — ответила она с воодушевлением. — Тайши запер дверь. Ты не пригласишь меня присесть?
Куда? Единственным местом была его собственная постель. Эми явно загнала его в угол, делая это намеренно и, по всей видимости, без особых угрызений совести. Боже, сколько времени еще он сможет продержаться, пока она не отправится в свою каюту? Пять секунд или чуть больше?
— Нам необходимо поговорить, — заявила Эми, не обращая внимания на его ошеломленный вид. — А иначе зачем бы я пришла?
Ну вот, начинается. Опять намеки, отбирающие у него последние силы сопротивляться. Она стоит так близко, выглядит так соблазнительно. Столько раз она ему себя предлагала! Его тело уже давно томилось от желания. Из чего, в конце концов, она думает, он сделан?
Эми как раз наблюдала то, из чего он сделан. Его огромное мускулистое тело занимало, казалось, всю каюту. Как ей хотелось прикоснуться к нему, ощутить гладкость его кожи, обнять и никогда не отпускать! Но она не двигалась, видя его разъяренное лицо. Шестым чувством она понимала, что именно сейчас ей не следует торопиться.
— Ты должен со мной поговорить, Уоррен, — нотки отчаяния послышались вдруг в голосе девушки. — Если бы ты не был таким упрямцем и не оставил без ответа мои мольбы, ноги бы моей не было у тебя в каюте.
— О чем ты?
Еще в начале недели она попыталась поговорить с ним через стенку, упрашивая со слезами ответить ей. Эми не могла знать, что в тот самый день Уоррена не оказалось в каюте. Чан изволил тогда взглянуть на его занятия. Тайши был первоклассным мастером приемов защиты, но его нападение оставляло желать лучшего. Чан поэтому предоставил Уоррену возможность сражаться со своими телохранителями, а те постарались так, что Уоррену до сих пор не хотелось об этом вспоминать. Как ни странно, сейчас он не чувствовал ни одного ушиба.
— Когда я билась в переборку несколько дней назад.
— Меня не было здесь, Эми.
— Не было? — Девушка несказанно обрадовалась, узнав, что никто не слышал ее мольбы. — Теперь это не имеет значения. Из-за твоего молчания у меня сдали нервы, и вот я здесь. Это гораздо лучше, чем пытаться говорить через стену.
— Эми, поворачивайся, стучи в дверь и уходи. Сейчас.
— Но я же только что пришла.
— Эми!
— Мы еще не поговорили…
— Эми!!
— Нет!
Слово упало между ними как гиря. Вот и нашла коса на камень.
Эми смотрела на Уоррена и видела по его глазам, что сейчас он наконец выполнит свою угрозу, положит ее на колено и отшлепает. Она не двигалась, да и где скроешься в такой тесной каюте. Она ждала молча, не пытаясь отговорить его, надеясь, что он передумает.
