– Я ведь не сидел внутри скалы, мой мальчик! Я устремился к тебе по путям, проложенным в Вирде. Сначала я вычислил траекторию, подобно тому как мореплаватель прокладывает маршрут по карте с помощью компаса; потом проник в Вирд, проскользнув внутрь дуба, и вышел из неё, пронзив скалу. Вот и всё!
– Всё?! – Гиймо никак не мог представить себе такое путешествие. – Находясь в лесу, постучаться в древесный ствол и войти в открывшуюся дверцу? Проскользнуть в люк в камне – и очутиться на пляже? Немыслимо!
– Не так уж немыслимо, Гиймо! Просто несколько утомительно. К тому же требует владения магией и хорошего знакомства с Вирд. Лучше расскажи, как бы ты это сделал сам?
– Я?! – изумился ученик.
– Да, как бы ты открыл дерево и гору, чтобы войти в Вирд и выйти из него?
– Я… Я бы…
– Подумай! – твёрдо произнёс Кадехар. – Я подожду.
– Ну, я бы… Я бы призвал на помощь
– А потом? – просиял колдун. – Как бы ты вычислил траекторию и ориентировался в Вирде?
– С помощью
Колдун поощрительно стиснул ему руку.
– Браво, мой мальчик! Ты начинаешь кое-что понимать! Но пока это теория. Практика несравненно сложнее и опаснее. Расскажи-ка старинную поэму мудрости обучающихся колдовству.
– «Умеешь ли ты рисовать? Умеешь ли толковать? Умеешь раскрашивать графемы? Умеешь ли их испытывать? Умеешь спрашивать? Умеешь жертвовать? Умеешь предлагать? Умеешь задумывать? Лучше не спрашивать, чем слишком много жертвовать; дар всегда вознаграждается. Лучше не предлагать, чем задумывать слишком много…»
– Настанет день, – подхватил Кадехар, – когда ты поймёшь смысл этих фраз. А сейчас знай, что, прежде чем колдовать, надо научиться хранить скромность и осторожность. Вижу, ты хочешь спросить что-то ещё…
Гиймо ёрзал, как всегда, когда его жёг какой-нибудь вопрос.
– Мэтр Кадехар, какую позу вы приняли на пляже перед тенью Тома?
– Хороший вопрос! Это была
– Нет, учитель, – задумчиво ответил Гиймо. Он всё лучше понимал, как долго ему предстоит брести по дороге ученичества.
– Тогда оставь меня. Я устал. Рыцарь, воюя, не может не пострадать. И колдун не может безнаказанно творить волшебство. Ступай, мой мальчик. До завтра!
Друзья ждали Гиймо и очень обрадовались, что он пришёл пораньше. На радостях они решили собрать провизию для пикника и провести ночь под звёздами, у костра.
– Вы уверены, что нам не надо опасаться Корриганов? – уже в десятый раз спрашивала Коралия, напуганная историями об этих тварях.
– Совершенно уверены, – устало отвечал Ромарик, закидывая на спину рюкзак. – Скажи ей, Гонтран, мне уже надоело!
– В это время года, прекрасная принцесса, Корриганы пляшут только вокруг менгиров[3] и дольменов. Нам достаточно найти место, где нет ни того ни другого. К тому же с нами свирепый рыцарь и могущественный колдун.
– Обхохочешься! – фыркнул Ромарик. – Лучше скажите, кто потащит еду? Уж точно не дохляк, которого опрокинет первым порывом ветра!
– Хватит, ворчуны! – прикрикнула на них Амбра из кухонной двери. Хлопнув в ладоши, она скомандовала, подражая учительскому тону: – Поторапливаемся!
Медленно темнело. Им пришлось долго брести, прежде чем нашлось удобное местечко: рядом с ясеневой рощей, среди низких валунов, облепленных лишайниками. Ребята разожгли костёр, испекли в золе картошку, накололи на прутики и зажарили над углями колбаски. Наевшись, они принялись рассказывать невероятные истории, от которых смеялись до упаду, и петь старинные песни страны Ис, знакомые всем поколениям. Ромарик и Коралия завели оживлённый разговор о давних временах. Он восхвалял отвагу рыцарей, она – наряды дам, о которых можно было судить по сохранившимся гобеленам. Гонтран достал из чехла ситару.
– Как хорошо! – вздохнула Амбра, откидываясь на спину – такая поза лучше всего соответствовала грустному звучанию инструмента.
– Жаль, что вся жизнь не может быть похожа на этот вечер, – проговорил Гиймо. Улёгшись с ней рядом, он заложил руки за голову и устремил взор в звёздные небеса.
Темнота скрывала их лица, но не блеск глаз. Взволнованный близостью девочки, Гиймо повторил про себя: «Жаль, что так не может пройти вся жизнь…»
– Чем займёмся сегодня? – ныла Коралия.
Погода испортилась, все устали от недосыпа и бесконечных забав. Утро они уже провели на ковре в комнате Гиймо без всякого дела. Так же бездарно мог пройти и остальной день, если никто ничего не предложит.
– Надо что-нибудь придумать! – не унималась Коралия. – Ведь не часто у Гиймо бывают выходные!
Кадехара срочно вызвали в один из монастырей Гильдии, и его ученик неожиданно получил передышку.
– Может, в кино? – предложил Гонтран.
