Мой имплант сгорел, оставив дыру в затылке, и я умер.Умер? Тогда какого хрена меня бьют мордой об пол, а в рёбра втыкаются сапоги? Ладно, встаём, их всего четверо. Только почему они одеты странно?Как и я…Твою псину, я ещё и дрищ?!
Карета с уставшей лошадью осталась далеко позади. Как это не было смешно, но животное мне было ужасно жалко, и у меня не поднялась рука загнать конягу до смерти.
Так бывает у многих вояк… Хладнокровно нажимать на спуск, лишая жизни людей, и с особым милосердием жалеть животных, понимая, что они зачастую совершенно беззащитны перед могучей силой человека.
Поэтому, едва мы отъехали от города на пару километров, я остановил карету, успокоив лошадь. Распрягать я не умел, времени разбираться не было, поэтому срезал все привязи ножом. Травы там было море, так что и помощи из города коняга дождётся, и заодно спокойно поест.
— Давай, дружище, — я махнул лошади, но она равнодушно продолжила щипать траву.
Мне же помощи было ждать неоткуда, и я взял далеко в сторону от железной дороги, добравшись до подножия невысоких гор.
Я шёл по горной тропке, с особым удовольствием вдыхая чистый прохладный воздух. Небо уже разбавилось рассветными красками, в которые добавился и густой красноватый цвет.
Здесь явно ещё были предгорья. Вдалеке я видел громадные каменные лбы, покрытые лесом. А ещё дальше, на горизонте, куда уходило железнодорожное полотно, возвышались самые настоящие горы.
Кажется, именно туда мы с наставником Саймоном Брицем ездили к потухшему Жёлтому Карлику.
Поднявшись на каменистый холм, я увидел сбоку над горизонтом Красную Луну. Пробоина тоже была рядом, торчала чёрной дырой посреди сумеречного неба.
Остальные спутники я не видел. Солнце ещё не показалось, но догадаться, где оно будет скоро вставать, можно было по яркому зареву.
Вдалеке блестели железнодорожные пути. Один раз я даже видел паровоз, тянущий за собой пассажирские вагоны. На всякий случай я в такие моменты спускался пониже — мало ли какая оптика у Стражей Душ. А псионикой такое расстояние никто не покроет, это я знал точно.
Точнее, надеялся…
За спиной покачивалась сумка с едой, найденная в карете. Это наверняка был перекус того невезучего полицейского — фляга с водой, железный контейнер с бутербродами.
Работяга вышел на ночную смену, чтоб получить локтем в нос. Ну, что я могу сказать? Тяжёлая, значит, была смена у парня. Зато выспится…
***
Куда иду, я пока не знал. У меня теперь слишком много врагов.
Да, убийство Николая-каштана было больше срывом, но даже Василий во мне уже не выдавал особых эмоций на счёт этого. Одним врагом больше, одним меньше.
Тем более, Плетнёв сам тогда сказал, что из-за белобрысого оракула, который сдал меня Стражам Душ, его теперь убьют. Так что я сделал ещё чью-то работу, свернув шею каштану.
А вообще, этот Николай Плетнёв мутил непонятную аферу с моей кровью. Ради этого мензурку устроил, грудь мне процарапал. Какого-то Пса ему заполучить надо было…
Я вытащил из кармана родовую вещицу. Тиснёная с одной стороны голова пса, с другой — корона.
Может, это — тот самый Пёс?
Сплошные загадки… Одно понятно точно — пробирку с кровью у Арины Соболевой стырил не Плетнёв. По крайней мере, не младший.
А если старший?
Он ведь тогда, на допросе после инцидента с великолунским шпионом, очень заинтересовался мной. Мной, именно как Ветровым.
Захотел проверить, принадлежу ли я тому роду? Вполне возможно. А теперь Плетнёв-старший, насколько я понял характер того слащавого хмыря, за своего сына меня из-под земли достанет.
Если, конечно, это не будет мешать более могучему роду. Так что особо я за Плетнёвых не переживал — как только они поймут, что я желанная рыбка для Вепревых, то вся спесь сразу слетит.
Тут как бы ещё и настоящие Ветровы не вмешались во всё это…
Оху уж эти Вепревы, Ветровы… Попробуй разберись теперь, Вася. Не мог подделать документы как-нибудь по-другому?
А Стражи Душ, как мне кажется, так вообще круче всех. И клали болт на все рода сразу.
Царская Гвардия шутить не любит.
***
Утро было уже в разгаре, когда я, размеренно шагая и иногда отпивая воду из фляги, пытался придумать себе цели.
Фёдор предлагал спрятаться на прииске их рода, а его дядя проговорился, что деревня называется — Горный Вертюг.
Конечно, подлянка зубника спутала мне все планы, но я всем сердцем чуял — Фёдор тут не при чём. Он то искренне хотел помочь, а вот старейшины решили по-своему.
Поэтому я и не тронул его дядю. В надежде, что это зачтётся в будущем.
Интересно, а не будут ли меня искать первым делом именно в Вертюге?
Стражи Душ туда редко заходят, потому что там в основном безлунные. Шанс того, что Иной появится на прииске — минимальный. А значит, если оракулов там нет, то всё прокатит, перекантуюсь немного.
Хотя есть шанс, что там меня и будут искать в первую очередь, если Громовы сдадут. Ведь полиция будет допрашивать зубника.
Ладно, Вертюг опасен. Тогда что?
Вообще, надо уходить из этого края, ну хотя бы подальше от Маловратска. Плетнёвы тут рулят, поэтому быстро меня найдут.
Стычка с Плетнёвыми никак меня не приблизит к разгадке тайны моего Василия.
Может, уйти в Магославский край?
