– У нее иммунитет, – засмеялась я. – Она сама кого хочешь способна довести до нервного срыва.
– Идеальная пара, – подавил смешок Гриша.
Я искоса посмотрела на него, но комментировать не стала. За три года мы с напарником сроднились настолько, что понимали друг друга практически без слов.
– Скучаешь по нему? – спросил он, снова уловив мое настроение.
– Ага. Надо бы съездить, но работы много. И у него тоже.
– Ничего. Скоро все устаканится, – улыбнулся Гришка.
Мы подъехали к моему дому и уже несколько минут сидели, глядя в разные стороны.
– Опять решила маме нервы потрепать? – Гришка чуть раньше меня уловил колыхание занавесок.
– Надо бы уже съехать, – проворчала я.
– А смысл? – съязвил Гришка. – Она же будет у тебя дневать и ночевать.
– Это только так кажется, – улыбнулась я. – Вот отправлю ее к Федьке, и станет спокойней.
– А Федька согласится?
– Он будет только рад – нянька ведь для Дани.
– Точно! – рассмеялся Гриша.
Дома я снова обдумывала пропажу девочки. Никаких требований или угроз к родителям не поступало, и мы вместе с полицией продолжали искать пропавшую.
На следующий день Комитет встретил меня угрюмыми лицами сотрудников. Витюша нервно расхаживал по кабинету, чем явно нервировал Семена – одного из наших новеньких. Семен работал у нас уже больше года, но все еще считался новобранцем. Интересно, что Коля, устроившийся уже после Семена, новеньким не считался, но я старалась не задумываться о трудностях корпоративных отношений. Два волшебника, нанятых чуть раньше Семена, отсутствовали – Николай Иваныч отправил их в архив.
Светлана стояла возле двери в кабинет начальника и нервно постукивала кончиками пальцев друг об друга. Ее светлые волосы небрежно лежали на плечах длинной волной. Семен хмуро косился то на Витюшу, то на Светлану, но ничего не говорил. Коля, опершись плечом о шкаф, делал вид, что читает газету. Не хватало Григория.
Я вошла в кабинет, плюхнула сумку на свой стол и, встав по центру комнаты, с ходу спросила:
– Что случилось?
Витя сел за свой стол и искоса посмотрел на меня.
– Утром кто-то облил краской главный вход в Комитет, – ответила Светлана. – На стене той же краской сделали надпись.
– Какую?
– «Долой угнетателей волшебников!» – ответил Семен.
– Я так понимаю, кто это сделал, никто не знает? – Я сложила руки на груди и почувствовала, как липкий страх расползается по внутренностям.
– Очевидно, кто-то из волшебников, – с сарказмом ответил Семен.
– И что ты хочешь этим сказать? – я склонила голову набок, глядя ему прямо в глаза.
– Не надо ссориться, – попыталась вмешаться Светлана.
– Не надо было разрешать волшебство в полном объеме, – с неприязнью пробурчал Семен. – Не было бы у них свободы, не было бы таких проблем.
– Да ты что? – издевательским тоном спросила я. – А ты не думал о том, что, не имея свободы, они и вынашивали эти идеи?
– Ты хотела сказать – вы? – Семен поднялся с места.
– Я хотела сказать именно то, что сказала, – проговорила я и сделала шаг к нему навстречу.
Витя охнул и, рывком поднявшись, вклинился между мной и новеньким.
Тут в кабинет вошел Гриша и, оценив обстановку, сразу же встал рядом с Виктором.
– Что здесь происходит? – спросил он у меня.
– Семен говорит, что волшебников стоило бы ограничить в свободе. – Я пожала плечами, прошлась по кабинету и снова села за свой стол. – Он считает, что все волшебники виноваты в том, что кто-то раскачивает лодку.
– Потому что волшебники опасны! – Семен снова попытался шагнуть ко мне, но Гриша и Витюша не дали ему это сделать.
– Опасны неадекватные люди, которые считают, что их желание важнее, чем жизнь и свобода других, – холодно проговорил Виктор.
– И неважно – волшебники они или нет, – продолжил Гриша.
– Но вы же не можете отрицать, что у волшебников больше возможностей устроить заварушку, чем у обычных людей?
– Можем, – ответил Гриша.
– Вы просто выгораживаете смазливую девчонку, вот и все.
– Хватит! – рявкнула Светлана, о которой все успели забыть.
– Сем, ты перегибаешь палку, – вставил из-за своего угла Николай.
Семен что-то буркнул себе под нос и уселся за стол. Гриша подмигнул мне, а Витюша подошел к Светлане.
– Мия здесь работает уже давно и не раз рисковала собой, чтобы защитить других, – в полной тишине произнесла Светлана. – А от тебя я подобного пока не видела.
Семен попытался что-то ответить, но в этот момент дверь распахнулась и в комнату влетел мрачный, как предгрозовое небо, Николай Иванович.
– Мия, зайди! – рявкнул он так громко, что все вздрогнули, и пролетел в свой кабинет.
Скрепя сердце, под сочувствующие взгляды коллег я вошла к начальнику и закрыла за собой дверь. Николай Иванович расхаживал по кабинету, отстукивая подошвами по полу. Махнув ладонью, он поставил «глушилку» и повернулся ко мне. В его глазах я увидела беспокойство.
– Как дела у Фёдора? – неожиданно спросил он.
– Что? – опешила я.
– У брата твоего, говорю, как дела? – чуть спокойнее повторил начальник.
