– Потому что уже на это проклятье убийца потратил слишком большое количество энергии. Еще больше на то, чтобы его спрятать. А если добавить к этому силу, которую он применил к Галине Фёдоровне, то картина получается угнетающей… – Я покачал головой, успокаивая не только Олесю, но и сотрудников, и добавил: – Здесь точно больше нет ни одной ловушки.
– Федь! – позвала Дарья.
Я посмотрел на нее и сразу же понял, о чем она думала – излишний расход энергии бросался в глаза.
– Какая должна быть отдача от такой магии? – спросила Дарья дрогнувшим голосом.
– А это очень верный вопрос, – с уважением посмотрел я на жену. – Что, если убийца не сам разворотил библиотеку? Что, если это отдача?..
– А так могло быть? – засомневалась Дарья. – Направлять отдачу на книги как-то глупо, на мой взгляд.
– В целом – да. Но стеллажи и книги органически хорошо ее воспримут.
– Тогда стеллажи, скорее всего, сломались бы или сгорели. – Дарья встала и подошла к лабиринту книжных полок.
– Часть энергии погасилась выбросом книг с полок, – скептически продолжил я ее мысль. – Но я согласен, для этого процесса понадобилось не так много сил.
– А если это остаточная энергия? – Дарья коснулась ближайшего стеллажа и повернулась ко мне. – Что, если он направил отдачу в перекрытие, но ее было так много, что часть выплеснулась на стеллажи?
– А окна? – Я почувствовал, как в груди появляется червячок сомнений.
– А что окна? – не поняла меня жена.
– От пола энергия прошла бы и в стены и, с учетом ее количества, разбила бы окна.
– Она могла разойтись в разных направлениях. К тому же мы не знаем, есть ли здесь подвал и что в нем.
Мы посмотрели друг на друга в упор. «Почему я сразу не подумал об отдаче?» – спрашивал я у себя. Эта очевидная мысль сразу же пошатнула мою версию о том, что убийца искал какую-то книгу.
Только сейчас я понял, что остальные смотрят на нас непонимающими глазами. Олеся задумчиво покусывала губу, бросая тревожные взгляды то на застывшего Бориса, то на Степаныча, который разглядывал рисунки и справочники, оставленные Дарьей, и хмурил густые брови. Мишка же переводил взгляд с меня на Дарью и обратно, словно это могло прояснить ситуацию.
– Разделимся? – предложил я.
Дарья бросила быстрый взгляд на Борьку и, поняв меня без пояснений, кивнула.
– В подвал вы не попадете, – подала голос Олеся.
– Почему? – удивился Степаныч.
– Там дверь заперта, а ключей нет, – пояснила она, отводя взгляд.
– И куда ключи подевались?
– Их и не было, – пожала плечами Олеся, после чего нахмурилась и отвернулась.
– Как это – не было? – Степаныч, как бы невзначай, посмотрел на меня.
Тем временем Олеся совладала с собой и повернулась к нам с приветливой улыбкой.
– Когда я устроилась в библиотеку, ключи уже были утеряны, – развела она руками. – Никто не знает, когда в последний раз открывалась дверь в подвал и есть ли там что-нибудь интересное.
Я посмотрел на задумчивую Дарью и, подмигнув ей, изобразил на лице скуку.
– Ну, положим, если там обычный замок, то мы можем его вскрыть.
– Магией? – догадался Миша.
Я кивнул, с любопытством отметив про себя, как побледнела Олеся.
В подвал в итоге пожелали пойти все. С долей сожаления я еще раз проверил, высасывает ли заклятье из Бориса силы, поставил вокруг него самую мощную защиту, на какую был способен, и, рассудив, что при странном поведении библиотекарши нам может пригодиться каждый сотрудник Комитета, повел всех вниз. Возможно, я убеждал себя, но мне казалось, что Олеся с каждой ступенькой начинала нервничать все больше и больше.
Степаныч, будто случайно, оказался за спиной девушки, за что я его мысленно похвалил.
Я успел увидеть массивную железную дверь, когда сверху послышался шум. Мы остановились, словно по команде.
– Что это? – тоненьким голосом спросила Олеся. – Это Боря? – охнула она, прижав ладони к щекам.
Мы переглянулись и поспешили обратно. Теперь впереди шли Мишка и Степаныч, а мы с Дарьей замыкали шествие. Я почувствовал, как ее холодные пальцы скользнули в мою ладонь, и улыбнулся. Даже спустя три года после свадьбы я испытывал радость, ощущая, как в опасных ситуациях Дарья опиралась на меня. Не удержавшись, я погладил костяшки ее пальцев и, заметив ее смущенную улыбку, сжал ладонь крепче.
Борис продолжил стоять на своем месте, но свет в зале библиотеки погас. Мы, не сговариваясь, прильнули к окнам, за которыми разворачивалось что-то странное. По улице колонной шли люди. На всех были надеты кофты с низко надвинутыми капюшонами, а у многих еще и лица были прикрыты темными повязками. Дарья, едва взглянув на них, вздрогнула, но больше никаких эмоций на ее лице не отразилось.
– Верните волшебникам то, что отняли, – вслух прочитал Миша один из плакатов, которые несли люди.
– Что за бред?! – удивилась Дарья.
– Это что, митинг? – в свою очередь удивился Миша.
– Откуда их так много? – спросил Степаныч. – Чтобы такой митинг организовать, нужны деньги.
– И управление, – согласился с ним я.
