Он ухаживает! – дошло до меня.
– Если я поцелую тебя по-настоящему, побежишь разводиться в Храм? – и, чуть с усмешкой, одновременно приподнимая рукой мой подбородок: – Винарт целует Элину, а той всего шестнадцать… Брай целует Санию… В этом нет ничего плохого. Си-та, Сии-та-а… ты такая красавица…
– Рейн…
Меня спас Брайт – «Кхе-кхе», раздавшееся от дверей, разбило сгустившееся напряжение. Как же он вовремя!
Пальцы Рейна на секунду стиснули мои плечи, потом муж отступил.
– Простите, что помешал, – раскаянья в голосе Брайта не слышалось.
– Заходи, – жизнерадостно откликнулась я.
Рейн, уже вернувшийся на своё место, сердито на меня посмотрел. Потом фыркнул:
– Брайт, присоединяйся. Сита, так как – догадалась?
Ой, а о чём мы говорили? Захлопала глазами, пытаясь вспомнить. Идиоты, собаки… Да, собаки!
– На третий день у соседа ньера Ленарта неожиданно сдохли два пса, это?
– Да. Два одновременно, что старостью не объяснишь. Значит, кто-то пробовал отраву. А банку, скорее всего, взяли ещё до нашего приезда – ведь нужно время, чтобы найти, на ком можно испытать яд, приготовить приманку…
– Выходит, наш визит смешал чьи-то планы. А потом это кто-то все же решил рискнуть – то ли счёл нас не опасными, то ли время поджимало, то ли произошло что-то, о чём мы не знаем. Брай! Попроси ньера Ленарта прийти сюда!
Через пять минут ньер Ленарт присоединился к нам. Для него Брайт принёс стул, а сам уселся на диванчик, поёрзал – попереставлял ноги – попробовал откинуться на спинку – снова сел прямо. Я про себя хихикнула – вычурные вещи с претензией на высокий стиль часто бывают неудобными.
– Да, собаки умерли от отравления, – подтвердил ньер Ленарт. – Мне сказали, что несчастных псов рвало и они грызли животы, прежде чем сдохли.
Я вздохнула – бедные звери…
– Лен, послушай, – Рейн снова постучал пальцами по столу, – сейчас все улики указывают на Винарта.
Ньер Ленарт помрачнел.
– Три года! Три года он в этом доме, и два ухаживает за Элиной! И я был не против… Сегодня же отошлю её к тётке, а его отправлю в тюрьму!
– И почти наверняка сделаешь ошибку… – покачал головой Холт.
Мы с Брайтом внимательно следили за разговором.
– Почему?
– Потому что у Винарта нет причины спешить. А кто-то спешил… Расскажи-ка, Лен, что происходило в доме последние две-три недели до нашего приезда?
– Да ничего особенного, – пожал широкими плечами хозяин.
– Нет, так не пойдёт. Ты не помогаешь. Давай так: называешь всех домочадцев по порядку, а потом говоришь, что в голову приходит. Всех! Начиная с дочерей и Тир.
– Тир, – улыбнулся Ленарт. – Мы начали говорить о ребёнке. Она хотела… Я не возражал.
– Отлично. Дальше.
– Сания металась по портнихам – заказывала платья для вечерних танцев, прихорашивалась. Ну, эту историю ты знаешь. А Элина вела себя спокойно. Ей очень понравилось работать в «Заморских редкостях», она даже витрины сама оформляла. А Винарт помогал. Я разрешил – знал, что он относится в моей девочке с уважением. А видишь, как вышло… – вздохнул.
– Дальше, Лен, дальше!
– Анарда всегда рядом с Тир. Вообще-то, когда в доме нет гостей, Тир сама справлялась без труда.
– А давно у вас гостит Анарда? – поинтересовался Рейн.
– Месяца четыре… или пять. – Ленарт замолчал и – я чётко уловила это – отчего-то смутился.
Без раздумий нагрела ладонь Рейну. Он сообразительный, поймёт, что сие значит.
Понял. Взглянул на меня, потом на ньера Ленарта.
– Лен, дальше этой комнаты не пойдёт. Ну-ка выкладывай, в чём дело?
Было странно видеть, как крепкий, средних лет мужчина смущённо теребит усы.
– Кажется, я ей нравлюсь.
Ну, это не новость. Вспомнила случайно подсмотренную в прихожей сцену.
– Тир знает? – поинтересовался Рейн.
– Да что ты! – встопорщился Ленарт. – Я даже думал, не пора ли мне отправить свояченицу восвояси…
Я улыбнулась каламбуру.
– …но сейчас она нужна Тир. И по хозяйству, и для поддержки. Значит, дальше. Мариза тут чуть ли не дольше меня самого, с Агнессой – её дочкой – тоже всё понятно. Кстати, я обещал ей, как замуж соберётся, небольшое приданое. Вторая горничная в доме не живёт – приходит работать днём. И у неё двое детей, вряд ли она бы во что-то такое полезла. Садовник, правда, новый – он у нас всего полтора года. Но также кажется надёжным – рекомендации были отличными. С ним тоже ничего необычного, кроме жалоб, что красная тля буддлеи замучила.
Пока слушала этот монолог, в голову пришла мысль: ведь Винарта просто проверить! Поставить на видное место синюю жестянку, позвать парня в комнату и посмотреть на ауру, когда он увидит коробку. И когда Ленарт, которому Рейн ещё раз повторил наказ не пускать никого к Тирисии и не трогать пока Винарта, ушёл – озвучила идею.
– Не пойдёт, – покачал головой Рейн. – Винарт в курсе всех дел в доме. И, если ни при чём, наверняка захочет отнести жестянку Маризе. После чего преступник, кем бы он ни был, услышит и о нашей находке, и о том, что мы знаем – Тир отравлена мышьяком.
Ну вот. А с первого взгляда мысль казалась такой разумной…
– Жаль, что у нас нет ларца святой Яниры… – вздохнула я.
Рейн с интересом посмотрел на меня.
– А если сделать так…
