И никто не вопросил, почему же именно Верхний, холодный и приграничный Ад должен вдруг отвечать за похищение фурии из самых глубин? Почему? А потому что стрелочников придумали именно здесь, в Аду.
В толпе быстро вычислили сухонького старого демона, избранного когда-то председателем сего странного «института по вразумлению людей» и, как он ни отпирался, уполномочили учинить строгое разбирательство в кратчайшие сроки! Потому что без крылатой девы нижний Ад как-нибудь проживёт, а вот верхний — вряд ли протянет без правителя даже до следующего месяца.
Отсутствие законного правителя в верхнем Аду означало полный беспредел в его не очень горячих землях. Чем и торопились заняться сейчас многочисленные адскоподданные.
Как только председатель комиссии по морали был выявлен и вытолкан на середину, тронный зал тут же стих и опустел. Лишь з
Возле трона остались двое — старенький демон, который судорожно вздыхал, вспоминая, что же за комиссию он поручился когда-то возглавить, и куда сгинули остальные её члены, и Тиллит, бывшая супруга бывшего правителя, потрясённая и раздавленная неблагодарностью близких.
В эту ночь ей нездоровилось, и то место, где у людей водится иногда сердце, а у демонов — округлый кусок мяса, регулирующий температуру их горячей «крови», скребло и пилило. Лишь утром демоница сладко уснула. Дикие крики из тронного зала, располагавшегося прямо под спальней, разбудили её.
Нет, Тиллит не бросилась сломя голову вниз из тёплой лавовой постели. Сначала она привела в порядок причёску, напудрила тело, налюбовалась на себя вдосталь… А ведь в это время вершилась и её судьба!
И никто, ни один из многочисленных родственников (а ведь их было так много, что даже Алекто приходилась ей пра-пра-прабабкой, а проклятый Борн — десятиюродным дядей!) не удосужился постучать деликатно в мозг и сообщить, что там, в тронном зале, старый козёл теряет вместе с рогами корону. И что нужно бы успеть занять правильное место в рядах тех, кто тоже лишился верной кормушки. Успеть высмотреть нового кандидата, нужного, перспективного. Успеть броситься ему на шею…
Тиллит не успела. Медленно и надменно проявилась демоница у опустевшего трона… И поняла, что осталась она.
Друзья и родственники в преддверии смены политического климата шарахнулись от «бывшей», как от чумной. Глупые избегали её, умные, бесстыдно таращились, не узнавая вполне искренне…
Красные горячие слёзы потекли от обиды по лицу Тиллит.
Эх, бабы, бабы… Для того, чтобы ценила родня, особенно кровная, следует, пока ты в силе, держать её в ежовых рукавицах, а в слабости — изо всех сил вцепляться в обширный компромат на «родных и любимых». Вот тогда они будут бросаться к тебе — то с поздравлениями, то с показным сочувствием, клевать в щёки, брезгливо поджимая губы и крепко держась на всякий случай «за кошелёк».
Да-да, ухватить родственника «за кошелёк» — это высший пилотаж даже для слуг Ада. Хотя денег здесь пока не придумали, но есть обещания и обязательства, которые презренному металлу вполне сродни.
Глупая молодая демоница не знала этих премудростей. Мир её был так прост и лёгок, что, обрушившись, лишил бедняжку всего.
Взять с неё сейчас было решительно нечего, иначе бы рядом с ней остались-таки самые жадные из «друзей» и кровных.
Однако во взгляде, брошенном на Тиллит старым демоном, читалась неожиданная отеческая забота. Он решил, что именно бывшая супруга правителя поможет ему разобраться, чем же должен был заниматься этот проклятый «Магистериум морум»?
________________________________
1. Казалось бы, кто может проклясть повелителя чертей? А ведь могут.
2. А что, вечные лампы есть, а вечных факелов быть не может?
http://allvatican.ru/ehntsiklopedija-krugosvet-1
Мир Серединный под властью Отца людей Сатаны.
Год 1203 от заключения Договора.
Провинция Ангон, город Ангистерн.
4 день.
Фенрир вздыбился и захрапел, словно почуял волка. Только перчатка из кожи химеры позволила магистру Фабиусу удержать коня на утоптанной тропе между сосен.
Он не любил ездить лесом, но торная дорога на Ангон, изгибаясь, как змея, заворачивала сначала к Лежену, и маг подсчитал, что сэкономит полдня, двинувшись напрямик.
И вот уже лес впереди светлеет, значит скоро поля, а там — рукой подать и до городских ворот… Неужто придётся поворачивать?
