На смотровой вышке зажегся огонек, появилось движение. Прорицатели заступали в дозор.
– Знаешь, Ви, я думаю, зря мы с тобой расстраиваемся, – неожиданно сказал Лео.
– Да? Это почему?
– Я бы не стал проректором, если бы не обладал предчувствием, понимаешь о чем я?
– Не совсем. Мои предчувствия только во снах приходят.
– Это сильный дар. У меня не так. Видишь ли, я ведь был аналитиком.
– Серьезно?!
Вот уж никак не мог представить Лео в свитере, в окружении мониторов и чайной кружкой. Хотя, учитывая его вечно сонный вид…
– Да, серьезно. Алистер оттуда выдернул, заставил переучиваться с нуля. Но навыки пророка не исчезли: иногда враг не успевает нанести удар, потому что я заблаговременно знаю куда он будет бить. И сейчас у меня очень плохое предчувствие.
– Как в “Звездных войнах”? – хмыкнул я, а потом осекся. Не думаю, что проректор любит фантастику.
– Да… – промолвил он задумчиво. – Как в третьей части.
С этими словами он развернулся и пошел к лагерю, запахнувшись в плащ и опустив голову.
Наверное, так и должен выглядеть злой рок, или хотя бы его посланник.
Сражение у Пирамиды.
Магистрат пылал. Точно как в моем видении.
На западе, за пушистой щеткой леса, была видна башня Деи, озаряемая вспышками света и взрывами магии, где у основания шла ожесточенная битва. Маяк тоже горел, прожектор на вершине яростно сновал лучом по периметру, ярко-синим светом выжигая противников у основания башни. Зрелище было необычное: будто в глаз Саурона вдруг вселился дух джедая, и он начал ярко жечь темную сторону лазерным взглядом.
Северней стояла Малифисия, её купола и шпили скрывал густой дым, за которым ничего было не разобрать. Асаф отбыл в Парадизиум, и, оставшись без своего ангельского предводителя, башня ушла в глухую оборону. На месте колдунов я бы туда точно не сунулся, – демонологи знали, как справиться с силами Инферно, и не стеснялись играть грязно. Они точно подготовили вторженцам пару сюрпризов.
Экспоненту скрывал зеленый холм, что расположился слева от моей обзорной площадки и что происходило там, я знать не знал. Защитники башни должны были создать сопротивление войскам Дюмара, заманить их в башню и подорвать, таков был план. Надеюсь, с Алисой все в порядке.
Но помимо остальных, круче всех выступили алхимики, хотя от них этого никто и не ждал. Там было настоящее представление: сначала выделился московский филиал, запустив музыку, гул которой прошел по всему Магистрату будто гимн, а потом ожила мадам Филактерия и выпустила зеленого джина из бутылки. Я смотрел со смотровой, как салатовое облако накрывает близлежащую территорию и не мог сдержать чувств. Наши заявили о себе по-крупному. Я так сильно гордился ими.
А внизу, прямо подо мной, на месте временного лагеря, развернулась наша битва.
Да уж, ожидание продлилось недолго, и мучаться бездействием нам не пришлось.
Началось все с появления проклятых. Кадавры сбились в стаи и перли на стены живым потоком. Сотни серых тел карабкались по монолиту и с воем бились в ворота. С безопасного расстояния мы наблюдали, как инопсы втаптывают зомби в грязь, словно первый снег.
Но это было просто цирковым выступлением, фокусом для отвлечения внимания. Два вражеских отряда взяли инопсов в клещи и устроили резню. Мы могли лишь беспомощно взирать на это с высоты. Отправлять подмогу было слишком опасно.
А пока лекторы были заняты представлением, небольшая группа плакальщиков преодолела ров и прорвала стену. Блестящий чернотой хлыст, размером с поезд, обрушился на неё своим весом. Неизвестное мне заклинание, вызванное сильным магом. Тогда я ещё не знал, что это маг – Артем Биддер, одержимый убийствами безумец, и капитан Дюмара по кличке Гарпия в одном лице.
И когда Биддер со своей группой головорезов пробил барьер, началась рубка. Со стороны это было похоже будто нерадивый сантехник пытался заткнуть пробоину в трюме Титаника. Все силы защитники бросили на оборону пролома, и, выстроившись в несколько рядов, лекторы принялись осыпать чарами всех, кто пытался проникнуть внутрь. В гущу нападавших летели большие и маленькие огненные шары, били молнии, ставились веды бьющие по области. Но черные накатывали массовыми волнами, отстреливались, перли напролом как камикадзе. К бою подключился Магистр Яньлинь.Он покрыл землю алым туманом, частицы которого, будто пыль или песок, стелились поземкой и растекались по лагерю, покрывая тела погибших и раненых. Морок поднимался выше, пока не занял все пространство разлома. Из густого красного дыма были слышны дикие вопли темных магов, которые им надышались.
Однако и это не помогло, – сосредоточившись на нападавших, маги сами сломали схему обороны. Стены нужны были для того, чтобы отделить фантомов от плакальщиков, а не для физической защиты. И когда с тыла начали прибывать темные форестьеры, некому было их остановить. И пришла королева всех битв, – госпожа резня.
