— А если не хватит?
— Тогда придётся к себе в имение возвращаться. Там у меня есть разведанные Колодцы, которые должны были успеть восстановиться, — неохотно заметил я, сожалея, что сразу из Москвы полетел в Нижний.
Так-то можно было и к деду заглянуть. Давно я у него не был. Там-то точно Колодцы восстановились.
— Так вам Колодцы нужны? — отчего-то обрадовался Иван Степанович.
— Хороший Колодец точно бы не помешал, тогда и перлы можно помощней соорудить, — с надеждой ответил я Пятову, — Чтобы с запасом были.
— Тогда дело поправимое. Есть у меня один знакомец. Живёт, правда, далековато. В шестидесяти верстах вниз по реке.
— Так у меня же самолёт есть.
— Точно! Когда вы будете готовы?
— Уже готов. Надо лишь ларцы свободные с собой забрать.
— Тогда чего же мы ждём?
Слетали удачно. Помещик, живший бирюком, только на вид казался нелюдимым. Зато увидев Ивана Степановича он искренне обрадовался. Когда выяснил, зачем мы прилетели, то нисколько не чинясь разыскал нам карту с пометками и дал своё разрешение на опустошение Колодцев, заявив, что ему они без надобности, а государственных Формирователей он уже пять лет на свою землю не пускает. Не может простить обиду за то, что его со службы выгнали.
Оставив хозяина с купцом в поместье, я за два часа опустошил пять ближайших Колодцев, под завязку наполнив прихваченные с собой сундучки.
— Что за история с Викентием Павловичем приключилась? Не секрет? — Спросил я у Пятова, когда мы летели обратно.
— Не особый. Про то происшествие у нас в городе многие знают. Я с Кайгородовым по его службе знакомство водил. Полезно порой, знаете ли, иметь в близких знакомых нужного чиновника. Вот только проигрался как-то раз наш Викентий в карты, да так крупно, что в подотчётные деньги руку запустил. С деньгами я его выручил, но факт недостачи стал известен начальству и его выперли со службы, лишив пенсиона и титула. Теперь он из своего имения носа не кажет. Поклялся мне, что никогда больше за карточный стол не сядет, вот и боится сорваться.
Я лишь кивнул. Довольно обыденная российская история.
На следующий день начался самый ответственный момент — изготовление и привязка перлов.
Носителей перлов Рукавишников подыскал достойных. Серьёзные мужики, и у каждого есть сын, а то и два.
Когда перлы были готовы, мы поехали на завод.
— Ну, с Богом? — спросил я, когда подошли мы к первому приводному колесу.
Пятов и Рукавишников завороженно кивнули, косясь на внушительный агрегат с явной опаской.
Рабочий положил руку на станину, и медленно, как я его и учил, начал подавать Силу из перла.
Сначала ничего не произошло. Потом агрегат дрогнул и колесо медленно начало проворачиваться. Пришли в движение приводные ремни и вдруг машина вздрогнула и вздохнула — глухо, как пробуждающийся могучий зверь.
— Получилось! — закричал Рукавишников и от полноты чувств шваркнул картуз оземь.
Через полтора часа все агрегаты на перлах работали. Пусть и не на полную мощность, соблюдая режим обкатки, но всё исправно крутилось и вертелось.
Обедали мы у Рукавишникова. Купцы праздновали, распивая дорогущий французский коньяк, а я сидел с бокалом вина и смотрел на едва дымящиеся трубы завода.
Недолго ждать осталось. И месяца не пройдёт, как мы увидим первые станки.
В голове крутилась одна мысль: аурума нужно больше. Гораздо больше.
Иначе все мои дальнейшие планы могут накрыться медным тазом.
Вечером за ужином, было продолжение праздника. Но пили купцы в меру, и закусывали хорошо.
Тут-то я их и ошарашил идеей про подшипники, в красках расписав, куда и для чего они требуются ещё вчера. Причём, если насчёт шарикоподшипников я не уверен — осилим мы их или нет, то вот насчёт роликовых — никаких сомнений. Осилим!
К Дамиру Нурсултановичу Омарову я поехал на следующий день. Очень хотелось узнать, что с моим заказом.
Купец меня порадовал. Шестьдесят пять пудов корней кок-сагыза и почти пуд семян ему уже доставили, и чуть больше находится в пути. Бурлаки уже тащат ему баржу с товарами с низовьев Волги.
Рассчитался, как договаривались, выписав чек, и мы согласовали, что он сам возчиков до Велье найдёт, а я там на месте с ними рассчитаюсь. Уведомил купца, что за вторую партию с ним Пятов уже расчёт произведёт, чем сильно киргиза порадовал. Причём, не знаю, чему он больше радовался — быстрому платежу или возможностью встретиться с Пятовым, который у нижегородских купцов пользуется изрядным авторитетом.
И хоть хотелось бы сказать, что я доволен результатом поездки к Омарову, но те семь — восемь пудов каучука, которые я получу с первой партии одуванчиков — это мало. Чертовски мало, господа!
В обратный путь я выдвинулся лишь через два дня. Но полетел ни к себе, в Велье, как бы мне того не хотелось, а в Питер.
Очень хочется с Пущиным встретиться, и узнать, какие подвижки произошли у Великого князя Николая.
Но если с Николаем всё понятно, то вот с Пущиным…
Не отпускает меня мысль, что Россия теряет дворянство, как класс.
Порой у меня возникает впечатление, что самая образованная и многочисленная прослойка государства потеряла цель в жизни.
