Магнетрон полностью

— Я вас не неволю, как хотите.

— Нет, вы поймите, Володя… Не думайте, что я совсем отказываюсь. Но если Студень узнает, что я занимаюсь посторонними вещами, а проект еще не готов, мне несдобровать. Вы еще недельки две-три перемучайтесь, а потом и я включусь.

Поведение Михаила Григорьевича в данном случае определялось статьей представителя легкой кавалерии монтера Сани Соркина, опубликованной в последнем номере заводской газеты-многотиражки. Это был целый подвал под заглавием:

Статья была подписана псевдонимом Сороков.

… Когда этот старший инженер, — писал Сороков, — говорит по телефону с Константином Ивановичем Студенецким, то он изгибается в виде вопросительного знака. С инженерами своей бригады он беседует, развалясь в кресле и положив ноги на стол… Его бесстыдство доходит до того, что он посылает в кладовую лаборатории записку: «Прошу выдать пол-литра медицинского чистого спирта для промывки стеклодува и токаря».

Упоминались в этой статье и таинственные стальные валы, и платформы, изготовленные по заказу Муравейского в ремонтном цехе.

Статья заканчивалась лозунгом, который Саня впервые огласил на комсомольском собрании лабораторной группы, а затем повторял неоднократно: Подрезать крылья Муравейскому. В отношении к Муравейскому, вернее — к тому, что он называл муравейщиной, Саня Соркин, как заметила однажды Наташа Волкова, был подобен известному государственному деятелю древнего Рима — Порцию Катону, который все свои речи, на какую бы тему они ни говорились, заключал одним и тем же: «Карфаген должен быть разрушен».

Непосредственно после опубликования статьи Порочный стиль… Михаилу Григорьевичу не хотелось привлекать к себе внимание общественности и дирекции завода сверхплановыми работами. Вот почему он так туманно ответил на требования Веснина.

В то время, когда Ваня Чикарьков по указанию Веснина впервые выполнил в металле анодный блок многорезонаторного магнетрона, никто из работников лаборатории не мог сказать, «доедет то колесо, если бы случилось, в Москву или не доедет». И сам Веснин тоже не знал, что главное дело уже сделано, что правильный принцип уже найден.

Но для того, чтобы получить работающий прибор, мало одного только правильного принципа. Должно быть соблюдено еще множество всяких дополнительных условий. Ведь если даже какая-нибудь из второстепенных деталей не в порядке, прибор работать не будет. Недостаточно высок вакуум — и магнетрон не работает, мала эмиссия катода — магнетрон не работает… И так можно перечислить множество мелких и мельчайших дефектов — каждый из них ведет к неизбежному результату: прибор не работает. А если прибор не работает, то уже невозможно доказать, что это виноваты второстепенные причины, а не основной принцип. Да, в сущности, в технике и нет второстепенных причин. Все, что не дает возможности осуществить требуемую работу, — это уже не второстепенная причина.

Этот первый многорезонаторный магнетрон Веснина был внешне совсем не похож на обычные для того времени конструкции радиоламп с сетками из тонких проволочек. Резонаторы этого магнетрона резко отличались от привычных колебательных контуров из катушек и конденсаторов. Необычный, непривычный вид прибора, созданного Весниным, смущал его товарищей по лаборатории. Не верилось, что эта странная конструкция даст что-либо интересное.

— Ужасно я боюсь, что ничего у Владимира Сергеевича не получится с этой новой моделью, — сказал Юра Бельговский инженеру Степановой.

— Признаться, и мне его жаль, — ответила Нина Филипповна.

В тот день, когда велся этот разговор, Веснин, медля, все еще не решаясь приступить к окончательной сборке и испытанию магнетрона, обмерял в десятый раз изготовленный Чикарьковым анод. Ни Веснин и никто из его товарищей по работе не мог предположить, что со временем рисунки и описания подобных конструкций обойдут почти все технические и научно-популярные журналы мира.

Вскоре после окончания второй мировой войны, в 1946 году, Массачузетский технологический институт в США выпустил серию книг, посвященных радиолокации. Это была своеобразная энциклопедия радиолокации — несколько десятков толстых томов. Здесь были книги по антеннам, по приемным устройствам, по индикаторам (электронно-лучевым трубкам), по автоматическим счетно-решающим механизмам, по полупроводниковым приборам, по анализу сложных форм токов и напряжений и по многим еще другим вопросам, связанным с радиолокационной техникой. Магнетронным передатчикам была посвящена лишь одна книга,