У меня голова пошла кругом. Пол под ногами покачивался: я еще не пришла до конца в себя после путешествия через карусель и погружения в поток в зрительном зале, а тут еще какие-то одныши-пятыши.
– Что еще за мнемопад?
Мнеморик все еще лежал у меня в ладони. С кожаной стороны я заметила знакомый уже вензель-крендель. Где я его видела? «На шторке», – подсказала Аллегра. На какой еще шторке? Ах да, на занавесе! И такой же был на открытках с птицами.
– Что это за рисунок? – показала я на вензель.
– Это его знак, – сказала Ра.
Ша, как сидела, не вставая, со всей силы лягнула соседку по ноге, та взвыла и дернулась.
– Кого – «его»? – Я с самого начала подозревала, что этой чудной троицей руководит кто-то незаметный, гораздо более умный и хитрый.
– Не скажу. – Ра насупилась.
– Я сейчас позову суфлершу со шваброй, – сказала я. – Ты что предпочитаешь: сломанный нос или фингал под глазом?
– Духу у нее не хватит, у твоей суфлерши, – рассмеялась Ра. – Она только палкой размахивать и может.
– И правда. Лучше я попрошу своего… друга. Он профессионал. Умеет бить больно, но аккуратно, – сообщила я, показав на Сергея. – Следов не останется, но стонать во сне еще долго будешь.
Здоровяк потер руки и произнес многозначительное «гхым», отчего мне стало как-то не по себе.
Ра закрыла лицо руками.
– Правда, не могу! Ой, не могу и не буду, и не заставляй меня. Он узнает – сама же и пожалеешь.
Вот тебе здрасьте! О чем это я пожалею?! Я собиралась возмутиться по полной программе, но тут Аллегра зашептала мне в ухо: «Спроси лучше про открытки с птицами. Спроси». Когда моя радость на чем-то настаивает, ей трудно отказать.
– Зачем вы подсовываете скрапбукерам открытки с дохлыми птицами? – спросила я.
Ра оживилась, полезла в карман и вытащила еще один кругляшок.
– Возьмешь мой? Мой лучше, даю гарантию.
– Дура, – буркнула Ша. – Наглая дура.
– Давай. – Я подцепила за цепочку третий мнеморик. – Я тебя слушаю.
– В открытках Маммона.
– Так. – Меня уже ничего не удивляло. – Прекрасно! Что за Маммона? Какое отношение она имеет к мнеморикам?
– Она там живет. В наших открытках.
Это меня тоже не удивило. Живут же хранители в альбомах, и Роза оказалась в открытке, почему бы в карточках с птицами не жить какой-то там Маммоне? На что она, интересно, похожа? Помесь птеродактиля с вороной?
– При чем здесь мнеморики-то? – переспросила я.
– Ну как же, как же! Познакомишься с Маммоной – и сразу поймешь, в чем прелесть мнеморика. Еще ни один человек, с ней знакомый, не отказался от мнеморика.
– Почему?
Ра закатила глаза и наморщила лоб.
– Не помню. Я только знаю, что без мнеморика мне было жуть как плохо, а как только его взяла, сразу стало хорошо.
Я вспомнила слова, которые Ша сказала маме: «Я могу вернуть вам то, что вы потеряли». Похоже, я нащупала что-то важное. Пусть у меня интуиция не работает, как у Софьи, но голова мне пока еще не отказала.
– А до знакомства с Маммоной?
Снаружи послышался какой-то шум. Я навострила уши, до меня донесся обрывок какого-то разговора, но слов было не разобрать. Я попросила Сергея посмотреть, что там. Он вышел, но почти сразу же вернулся и сообщил:
– Там бабки-вахтерши шастают, сюда ломятся, – пояснил он. – Не пора ли сматываться, хозяйка?
– Ничего-ничего, я покараулю. – В дверь сунулась очкастая голова. – Вы говорите, сколько нужно.
Из-за этих вахтерш я совершенно забыла, о чем спрашивала. Тут не мудрено имя свое забыть – с этими маммонитами и их пятышами.
С самого начала этой истории меня мучил еще один вопрос:
– Скажи-ка мне, Ра, а чего вы со своей Маммоной привязались ко мне и моей маме?
Ра обиженно надула губы и отвернулась.
– Ты же не включаешь мнеморик. Ничего я тебе не скажу.
Я опустила все три кулона к себе в сумку. Уже утомилась их держать. Ра проводила свой кругляшок тоскливым взглядом. Ша словно впала в транс. Она сидела, закрыв глаза и повернув голову ко мне, и будто смотрела на меня сквозь сомкнутые веки. Я сделала несколько шагов к двери и обратно, Ша повернула голову вслед за мной. Это что еще за фокусы? Я подошла вплотную к Ра. Ее можно запугать – я знаю это точно, и не потому, что все вокруг чувствую, как Софья, а просто немного разбираюсь в психологии.
– Сломаем нос. – Я мысленно убеждала себя в том, что и в самом деле сломаю, если понадобится, Аллегра тактично молчала.
Ра села на пол рядом с товаркой, подтянула к себе длинные ноги и сказала себе под нос:
– Вы скрапбукеры.
– И что?
– Отдашь мнеморик тому, кто не скрапбукер, – и у тебя сразу отнимут один уровень. Но я еще ни разу не ошиблась! – хвастливо добавила она.
– Мало ли в городе скрапбукеров. Какого хрена вы трое привязались именно к нам? – напирала я.
Девица потупилась.
– Он сказал, за тебя четыре уровня сразу. Всем. За тебя и другую…
– За Софью.
Ра вскинула голову и усмехнулась:
– Она хитрая… подружка твоя. Хитрее тебя. И умнее. И скрапбукер из нее круче.
Вот теперь мне по-настоящему захотелось ее стукнуть. Да я ей сейчас сама фингал поставлю!
– Зачем надо было поджигать мою квартиру? Быстро говори.
