Маяк Фишера полностью

Свет от маяка, находящегося у нас за спиной, скользит по ее чертам, и мне выпадает возможность хотя бы на несколько секунд, еще раз запомнить ее лицо — порозовевшие щеки от холода, шелковистые светло-рыжие волосы, выбившиеся из-под шапки и спадающие ей на плечи, ее ярко-синие глаза, сверкающие, когда она улыбается и едва различимые веснушки, высыпавшие на носу.

— Я вспоминаю тот день, когда я получил приказ, и ты показала мне свой правый хук.

Уголки ее рта ползут вверх, в тусклом свете луны и повторяющихся вспышках маяка, я замечаю, как ее глаза наполняются беспокойством. Я хотел привести ее на это место и сказать, как сильно я ее люблю, но сейчас я все испортил. Я могу даже сказать, о чем она думает — что я привел ее сюда, чтобы продолжить свой разговор о том, что меня ждет, и о том, что я ей сказал ранее — возможно это плохая идея, что ей приходится все время меня ждать, и может быть, будет лучше, если она двинется дальше. Ее руки крепко хватаются за лацканы моего шерстяного пальто, и она встает на цыпочки, чтобы посмотреть мне прямо в глаза, не запрокидывая голову.

— Даже не думай об этом, Фишер. Мне плевать даже, если морпехи сделали из тебя накачанную боевую машину, я все равно смогу надрать тебе задницу, — угрожает она, вздохнув, видно переводя дыхание, чтобы устроить мне настоящую трепку, но я быстро наклоняюсь и поглощаю ее слова своими губами. Ее губы мягкие и холодные, но от прикосновения моего языка они сразу же согреваются, и она открывает их для меня. Она стонет в мой рот, подняв руки и обнимая меня за плечи, притягивая ближе к себе. Я вдыхаю ее совершенный запах, пытаясь запечатлеть его в памяти, и этот каждый момент ее, когда я буду находиться вдали следующие восемнадцать месяцев.

Я отстраняюсь, убирая ее руки со своей шеи, не отрывая от нее глаз, снимаю с ее левой руки варежку и бросаю вниз к нашим ногам, на камни, целую кончики каждого пальчика, пока говорю:

— Я люблю твой смех.

— Мне нравится, что ты делаешь меня лучше, и я хочу быть лучшим мужчиной, — признаюсь я, целуя кончик ее указательного пальца.

— Мне нравится, что ты поддерживаешь то, что я делаю, хотя это тяжело для тебя, — мягко говорю я ей, целуя кончик ее среднего пальца.

— Мне нравится, какая ты сильная и независимая, — заявляю я, целуя кончик ее мизинца.

Засунув руку в карман, у меня наступает момент паники, потому что я не могу найти то, что там точно должно находиться. Я, наконец, нащупываю его в углу кармана, и вздыхаю с облегчением, вытаскиваю и медленно надеваю на ее безымянный палец.

— Мне нравится, как ты смотришь на меня. Мне нравится наблюдать, как ты любишь меня. И чтобы ни было, я всегда найду свой путь вернуться к тебе, — шепчу я, целуя кончик ее пальца, на котором теперь красуется кольцо с бриллиантом.

Свет от маяка заканчивает свой круг, и я успеваю увидеть, как слеза скатывается по ее щеке. Днем мы спорили, и она убедила меня, что я полная задница, и что ей совершенно не важно, но она может только ждать меня, когда я вернусь домой, потому что, каждый раз, когда я уходил я забирал ее сердце с собой, и что она приходила к этому маяку, когда ей было совсем грустно. Я ответил, что в какую бы точку мира меня не забросило, и не важно какое время суток, я буду знать, что она здесь у маяка и представлять его свет, направляющий меня домой к ней.

— Я знаю, что мы молоды. Черт, я знаю, что ты молода, а я старый чертовый парень, которому уже двадцать два, но мне плевать, — говорю я с нервным смехом. — Я собираюсь провести всю свою жизнь, любя тебя. Было бы намного проще, если бы ты находилась там со мной. Пожалуйста, выходи за меня замуж. Выходи за меня, Люси Батлер. Мы можем путешествовать по миру, можем состариться вместе на этом проклятом острове, можем делать все, что угодно. Меня не волнует, что мы будем делать и где, главное, что ты будешь со мной.

Я, наконец, перестаю болтать и постукиваю пальцами по нижней губе, смотря на нее сверху вниз и наблюдая, как она переводит взгляд на кольцо на пальце, когда мы попадаем в свет от маяка. Я хочу, чтобы эта картина у маяка осталась в моей памяти на ближайшие полтора года. Я также хочу запомнить — кольцо на ее пальце и понимать, что она моя, что теперь мне есть за что бороться, и заботиться о своей собственной заднице, и ради чего стоит возвращаться домой.

— Да, — наконец, шепчет она, и улыбка освещает ее лицо. — Да, я выйду за тебя, Джефферсон Фишер.

Я с облегчением выдыхаю, Люси берет мое лицо в свои ладони и внимательно смотрит мне в глаза.

— Не теряй голову, береги себя, возвращайся ко мне домой, и я совершенно точно выйду за тебя замуж. Только, пожалуйста, вернись ко мне домой.