Она безотрывно смотрела на капитана, пытаясь сгладить своё волнение в ровном и, как ей казалось, спокойном взгляде, который своей открытостью, пытливостью и чувственностью мог сбить с толку любого, даже самого твёрдого и решительно стоящего на своём человека.
«Они? – пронеслось в голове у Каэла. – И значит, всё же не старые знакомые».
– В определённый срок доставить вас целыми и невредимыми до одного порта. Всё. – Мужчина отвёл взгляд, снова оборачиваясь в сторону двери, прерывая ещё не заданный вопрос, который уже блестел во взгляде девушки. – Думаю, вам не обязательно знать всех деталей нашего разговора, – отозвался Эдвард уже более мягко, не оборачиваясь к паре.
Однако, остановившись и выждав небольшую паузу, растянувшуюся для взволнованных и не терпящих услышать большие подробности Селины и Каэла, капитан, встав к ним вполоборота, продолжил:
– Но диковинно вести такие дела от имени государства.
После этих слов, которые, казалось, были неслучайно озвученными домыслами, Эдвард в мимолётном любопытстве и одновременно немой озадаченности посмотрел на Каэла с Селиной, а затем покинул всё больше наливающуюся красками рассвета каюту, тем не менее оставляя двоих в сумраке недоуменных размышлений, нечаянных взглядов и новых загадок, открытых ответами на недавние вопросы.
* * *
Небо вновь было затянуто плотной светло-сизой пеленой, которая, казалось, никуда и не сходила с него в последнее время, особенно для пожилой и поникшей от седины отчаяния и горевания женщины, подошедшей к окну. Закрывая глаза, она приподняла голову к дымчатой небесной выси, опустившейся на город. Казалось, что её губы едва содрогались в неслышной и неуловимой, известной лишь небу молитве.
