Утро выдалось холодным, кусачий ветер взвивал мелкий снег. Лошади мчались галопом по звонкой замерзшей земле. По дороге Бюсси спросил у Грабовского, известно ли ему, зачем он понадобился императору; тот ответил, что войскам нужен хороший проводник, предпочтительно из военных.
В начале восьмого Бюсси въехал в выщербленные пулями ворота фермы Юртебиз, которая вчера несколько раз переходила из рук в руки. Наполеон недавно встал с постели после краткого отдыха, он был в исподнем и с обвязанной полотенцем головой. Вновь прибывший хотел поклониться, но император шагнул к нему навстречу и обнял:
— Бюсси! Я так рад встретить старого друга! Помнишь Ла-Фер? А как ты спорил с Лафайетом?
Еще бы не помнить. В Ла-ферском артиллерийском полку они оба служили лейтенантами. Когда в 1792 году Лафайет принял командование Северной армией, то и дело менявшей начальников, Бюсси не понравилась его речь на смотре в Лонгви, и он заявил генералу прямо в глаза, что его рассуждения о свободе и Республике — призывы к анархии и неповиновению, которые развалят армию. Потом пути лейтенантов разошлись: у Бонапарта был Тулон, арест, Итальянский поход, триумф в Париже, Египет, переворот, вознесший его на вершину, у Бюсси — бегство из страны, неудачная высадка армии Конде на Кибероне, артиллерийский полк в Португалии, собственная кондитерская в Германии… Как только Первый консул Бонапарт вычеркнул его из списков эмигрантов, Бюсси вернулся к матери в родной Борье, закрыл глаза младшему брату, скончавшемуся от лихорадки, взял на себя заботы о вдове и трех сиротах, стал мэром поселка…
На столе и на полу были разложены карты с воткнутыми в них цветными булавками. Наполеон пояснял: его войска стоят полукругом вокруг горного плато, от Воклера до Краона, а на самом плато закрепились русские, которых вчера не удалось оттуда выбить. Он хочет атаковать их одновременно с обоих флангов: пехотой Нея и кавалерией Нансути, в то время как артиллерия будет вести сильную канонаду в центре. Но местность уж больно сложная: овраги, ущелья… Какою дорогой им лучше идти?
Бюсси наклонился над столом, близоруко сощурив глаза. Эта карта неверна, эта точнее; вот только овраги обледенели — не слишком удобно для наступления кавалерии и артиллерии. И если пехотная колонна выйдет вот здесь, то попадет не только под неприятельский огонь, но и под выстрелы собственных батарей. К тому же Летта совсем недавно разлилась, затопив берега, подвести через ее пойму подкрепление будет невозможно. Чем подниматься на плато по узкой Дамской дороге, можно пройти лесом вот здесь и захватить аббатство Воклер.
— Хочешь быть моим адъютантом? Я сделаю тебя полковником.
…Канонада произвела больше шума, чем урона: артиллеристы-новобранцы боялись русской картечи, а сами палили в белый свет; генерал Друо перебегал от орудия к орудию, наводя их сам и показывая канонирам, как это делать. Ней начал атаку слишком рано: противник еще не успел пострадать от обстрела и встретил французов пулями и штыками. Взобраться на плато не удалось, а позиция на середине склона была слишком уязвимой. Наполеон посылал к Нею подкрепления по мере их подхода, и к полудню русские все же отступили под натиском молодой гвардии, которую вел маршал Виктор. Уже на плато Виктор был ранен в бедро во время мощного артиллерийского обстрела; генерал Груши привел ему на помощь тысячу драгун, а Нансути, со своей стороны, тоже добился успеха, хотя гвардейская кавалерия и потеряла пять офицеров убитыми. Однако центр неприятеля не пострадал и перешел в контратаку. Французская кавалерия была отброшена, Груши ранен, необстрелянных солдат Нея, понесших большие потери, охватила паника. Положение спасли новые подкрепления: пехота генерала Шарпантье, уроженца Суассона, прошла по опушке леса у подножия плато, укрывшись таким образом от обстрела; в овраг послали новый кавалерийский корпус. Пехота пришла в себя и принялась карабкаться обратно на склон, а тут подоспела и гвардейская артиллерия, огнем которой руководил лично Наполеон; ее приветствовали ликующими криками.
…Не доверяя картам, Винцингероде сам осмотрел местность, расспросил окрестных жителей, убедился, что артиллерии через ущелья не пройти, и письменно попросил у Блюхера дозволения сделать обход по шоссе, но тот отказался менять диспозицию. Задачей генерала было ударить французам в тыл, когда Наполеон атакует Краон; Винцингероде ясно видел, что она невыполнима, однако приказ есть приказ.
