-У нас имеются точные данные,- гнул свою линию следователь, не слушая арестованного, - что в ноябре этого года, вы намеренно поставили неправильный диагноз и настояли на оперативном вмешательстве двум пациентам: товарищу Головянику и товарищу Писареву, которые вследствии ваших действий умерли прямо на операционном столе. Иными словами, вы, зарезали двух пациентов. С какой целью вы это сделали?
-Я ничего подобного не делал- нервно оправдывался Марк- названные вами люди, действительно наблюдались у меня амбулаторно, но оперировали их разные хирурги, в разные дни и больные, увы, скончались через время после операций от вполне объяснимых осложнений, а не от злого умысла.
Сильным ударом ноги табурет был выбит из-под сидевшего на нём растерянного доктора, стараниями того самого здоровенного детины, находившегося в неосвещённом углу и не принимавшем до сих пор участия в допросе. Не дав опомниться упавшему, энкавэдэшник стал месить его ногами без разбору. Что- что, а развязывать языки, в этом заведении умели!
-Ладно, для первого раза с него хватит, подыми его - остановил детину следователь, затем подошёл к арестованному и со всей силы, ударив его в поддых, продолжил давить на Марка:
«Ты, гнилой, интеллигентный хлюпик, не строй из себя героя, мы не таких ломали, долго ли ты продержишься, если мы привезём сюда твою жену, представь, что мы с ней сделаем у тебя на глазах? Всё очень просто, не хочешь, чтобы тебя били, дорожишь жизнью жены, подпиши признание. Всё в твоих руках.»
Марка отвели назад в камеру. «Никого не интересует правда - подумал он с ужасом- презумпция невиновности отменена!» Увы, те, кто требовал от него нужного по заказу признания, в процессе выбивания такового, не стеснялись в выборе средств. Оба избитых сокамерника, глядя друг на друга, понимали, что обречены.
Дверь в очередной раз заскрипела и арестанты инстинктивно сжались. В проёме стоял мужчина в форме майора НКВД.
-Ты, Молтарновский ? - спросил он Марка
-Да. - горько прозвучало в ответ.
-Руки целы? Оперировать сможешь?
В ответ вновь последовало такое же однословное- «Да.»- с заметной примесью удивления.
-Следуй за мной! - приказал энкавэдэшник и повёл арестованного к выходу. Ещё не осознав происходящее, Марк в сопровождении майора, вышел во внутренний двор и поспешил вместе с ним к машине. Пошёл снег. Крупные снежинки, кружась, падали на разгорячённое лицо и тут же таяли и он непроизвольно улыбнулся. Заметив его улыбку, майор схватил Марка за отвороты пальто и зловеще прохрипел:
