Его мышцы напрягались и перекатывались под кожей, татуировка волка мелькала на груди, и я поймала себя на том, что пялюсь. Наглым образом пожираю мужчину глазами как голодная, готовая к спариванию самка.
Сколько у меня не было секс? Ой, лучшее считать.
Он бесил меня – весь день язвит, ухмыляется, а я все равно хотела его прижать к этому шкафу и… Черт, Мила, остановись! После того, как он уронил рулон шелка мне на голову, я орала на него, как базарная тетка от злости на саму себя, но он только смеялся.
Вечер затянулся, и я устала.
– Ладно, Седов, хватит на сегодня,– сказала я, вытирая пот со лба.– Иди домой, пока я тебя не пришила к манекену.
Мужчина поставил шкаф, вытер руки о джинсы и посмотрел на меня с этой своей ухмылкой.
– А я думал, ты меня до утра мучить будешь,– сказал он хрипло.– Может, провожу тебя? Ночь почти.
Я закатила глаза, но внутри что-то дрогнуло. После Ильи, который разбил мне сердце, я не доверяла мужчинам, но Алексей… Он раздражал, но рядом с ним я чувствовала себя живой, желанной и женщиной.
– Ладно, провожай,– буркнула я.– Но без фокусов, майор.
Он кивнул, накинул надел футболку, ветровку, и мы вышли. Улица была темной, фонари мигали, и я шла рядом с ним, чувствуя его тепло. Мы молчали, только шаги стучали, и я думала, как он меня бесит – и как я хочу его поцеловать снова, как на балу.
Тут я заметила знакомую фигуру у магазина через дорогу. Илья. Черт, только его не хватало! Он стоял, болтая с кем-то, и я запаниковала. Он, что меня ждет?
– Черт, это он! – прошипела я, хватая Алексея за руку.– Прячемся!
– Кто?– нахмурился он, но я уже тащила его за угол.
– Мой бывший, Илья!– сказала я, прижимаясь к стене.– Не хочу, чтобы он меня увидел!
Алексей глянул через плечо, и его челюсть сжалась.
– Этот придурок с бала?– рявкнул он тихо.– Чего он тут шастает?
– Не знаю! Давай обойдем!
Я потащила его в переулок, но обо что-то споткнулась, это «что-то» лопнуло с громким «бах!». Я взвизгнула, Алексей схватил меня за талию, и мы рухнули в кусты. Я оказалась на нем, грудь прижалась к его груди, и аромат– кофе, кожа, пот окутал меня моментально. Он смотрел на меня, синие глаза горели, и я сглотнула.
– Буйнова, ты что, шпион? – прошептал он, ухмыляясь.– Это что, теперь операция «спрятать попку»?
– Заткнись, Седов!– шипела я, чувствуя, как щеки горят.– Если он меня увидит, начнет ныть, чтобы я вернулась!
Он хмыкнул, но его руки остались на моей талии.
– А если я его арестую? – сказал он.– За нарушение твоего спокойствия.
– Очень смешно,– буркнула я, но тут Илья пошел в нашу сторону. Я вжалась в Алексея, и он притянул меня ближе, прикрывая собой. Его дыхание обожгло шею, и я задрожала.
– Тихо,– прошептал он, и я кивнула, чувствуя, как его тело твердое подо мной.
Илья прошел мимо, не заметив, и я выдохнула. Мы встали, и я отряхнула юбку, стараясь не смотреть на него.
– Пойдем ко мне,– сказала я, не думая.– Это ближе, чем бегать от него по переулкам.
Седов кивнул, и мы пошли. Зашли в подъезд, поднялись на третий этаж и как только дверь хлопнула за нами, Алексей повернулся, а я не успела вздохнуть, как его губы врезались в мои.
Мы накинулись друг на друга, как голодные звери. Мужчина прижал меня к стене в прихожей, язык ворвался в мой рот, жестко, грубо, и я застонала, вцепившись в его волосы.
Руки Алексея рвали блузку, пуговицы полетели, и он сжал мою грудь, теребя соски через лифчик. Я текла, как сумасшедшая, трусики промокли, и я чувствовала, как он твердый, трется об меня через джинсы.
– Черт, Мила, ты меня с ума сводишь,– прорычал майор, отрываясь от моих губ.
– Тогда сделай что-нибудь, майор!– выдохнула я, прекрасно понимая, что сейчас прошу его взять меня.
Сумасшедшая женщина.
Седов задрал мою юбку, засунул руку в трусики и накрыл мою мокрую и, горячую киску. Его пальцы скользнули внутрь, сразу два. Так глубоко, что я закричала, выгибаясь.
– Да, да-а-а… а-а-а…
Это было круто. Как же я соскучилась по сексу.
Он целовал меня, двигал пальцами быстро, жестко, тер клитор большим пальцем, и я потеряла голову. Жар накрыл готовый разорвать в любую секунду, ноги задрожали, и я кончила со сквиртом прямо на его руку.
– О боже, да! Да-а-а-а… боже…
Он смотрел на меня, глаза темные, и подняв руку, слизнул мои соки с пальцев.
– Сладкая, как твой сироп,– сказал он хрипло, а я рухнула на колени.
Расстегнула его джинсы, вытащила член– твердый, горячий, с каплей предсемени на головке– и заглотила его, как голодная, сжимая яйца. Он был большой, но я брала глубоко, до горла, чувствуя, как он пульсирует.
Алексей застонал, вцепился в мои волосы.
– Мила, черт, да… соси его! Вот же дьявол! Черт… черт…
Я работала языком, глотала, давилась, но не останавливалась, пока он не стал еще больше, пока не задрожал, рыча, и был готов вот-вот кончить мне в рот, но не сделал этого.
– Ты меня убьешь! Иди сюда.
Не успела я опомниться и скинуть туфли, как Алексей поднял меня, развернул к себе спиной, задрал юбку и сорвал трусики. Я уперлась руками в стену, попка торчала, и он вошел в меня одним рывком – жестко, до конца, под мои громкие крики.
– Леша, да, боже мой… а-а-а…