Вскоре по стране прошла волна отстрелов, как лидеров криминальных группировок, так и видных бизнесменов, которая задела и Аркадия. С помощью таланта друга и южного воздуха, немного изменился и Аркадий. Этих изменений стало достаточно для приобретения нового паспорта и его спокойного выезда за границу. В следующий раз, Аркадий прибыл в Санкт-Петербург на похороны Семёна.
Но и после похорон друга, Аркадий не оставлял молодую вдову наедине с появившимися не только финансовыми трудностями. Устроив родителей Марианны на новом месте в Испании, он помогал ей в ведении и хозяйственных вопросов клиники. А после её переезда, уже под именем Анны Двигубской в Москву, взял на себя всё финансовое руководство клиникой.
– Марианна ты не передумала? Может, откажешься от своей затеи, – спросил Аркадий, вытаскивая из саквояжа еженедельник.
– Аркаш ты выполнил мою просьбу?
– Когда, я не выполнял твоих заданий? Вот, все данные и по Свидомскому и по этому ресторатору Кучумову. Кстати, с его отцом нас сводила судьба в своё время. Я думал, что он давно уже в аду загорает.
– Почему в аду?
– Так, где же нам, грешным быть полагается? Лично я на рай в той жизни не рассчитываю. А за ним тоже немало грешков водится. А сейчас, процветает Кучумов.
– И, что никак нельзя сделать, чтобы завяли все цветочки на его клумбе, – задумчиво спросила Марианна.
– За это ты не переживай. Разрушить репутацию, легко. Восстановить сложно.
– Аркаш мне их репутации мало.
– Какая ты кровожадная. Но убивать их я не собираюсь. Или как прикажете, мэм?
– По мне бы убить, растерзать. Но и этого мало. Я хочу, чтобы они всего лишились и чтобы их жизнь пошла по-другому. Чтобы они поняли, что потеряли всё, к чему стремились раньше. Чтобы жалели, что их оставили в живых.
– Марианна я не только намного старше тебя, но и прошёл через такое, что если бы я мстил каждому, мне жизни не хватило бы. Всё было. Не скрою, была и месть. Но ты думаешь, мне от этого легче стало? Послушай меня и поверь, на душе будет ещё хуже.
– Аркадий я не собираюсь их убивать. Я хочу видеть их мучения. Я хочу их жизненного краха. Чтобы всё то, о чём они мечтали, к чему стремились всю жизнь, было уничтожено, развалено. И это будет только самая малость того, что пришлось испытать мне. Что я тебе объясняю, ты же сам в курсе того, что со мной было тогда. И если бы не Семён…
– Что ты со мной делаешь, девочка? Одно меня успокаивает, что ты не планируешь смертоубийство. Конечно, я обещал Сёме, что никогда не оставлю тебя, но и ты должна дать мне обещание, что будешь хотя бы прислушиваться к моим советам и посвящать меня во все свои планы.
– Обещаю. Тем более мне очень будет нужна твоя помощь. Аркаша ты настоящий друг. Я ещё не знаю, что и как я буду делать со Свидомским, но пока я горю желанием разорить Кучумова.
– Прежде чем браться за дело, скажи, ты на сто процентов уверена в их виновности?
– На двести. Эти воспоминания преследуют меня все эти годы. И я точно знаю, что они исчезнут и перестанут меня мучить только тогда, когда я увижу в их глазах раскаяние в содеянном.
– Марианна, ты жалеешь о встрече с Семёном?
– Я часто представляла перед собой картину, как бы сложилась моя жизнь, если бы вы поехали отдыхать в другой город, и мы с вами не встретились, – Марианна разволновалась.
– Всё, успокойся. За Кучумовых ты не переживай. Люди заряжены, всё будет сделано на сто процентов.
– Он может сразу догадаться и узнать меня?
– Тебя, я думаю, он не узнает ни при каких обстоятельствах. А догадается он только о том, что его папа в прошлом натворил много не только противоправных дел, но и … понимаешь, вскоре из заключения должен выйти один кадр, да ладно, тебя это не должно касаться. Забудь. Всё будет как надо. А вот со Свидомским сложнее. Хотя, у меня по его голову есть план.
– Какой?
– Ты с ним знакомишься и потихоньку отвлекаешь от дел насущных. А остальное наше дело. Его контора проиграет несколько дел. Ничего те, кого он защищает и вытаскивает, заслуживают более суровых наказаний. Ну, не договорится он с судьями. В конце концов, давно пора и судьям оглашать справедливые приговоры.
– А отвлекать, это как?
– Тебе виднее. Может, потренируемся? Нет? Тогда я в Шереметьево. Меня ждёт наша клиника. Скоро мне надо будет отъехать в Германию, ты мой номер телефона помнишь? Будем на связи.
Проводив Аркадия, Марианна подошла к окну. Москва не нравилась ей своей суетностью, часовыми автомобильными пробками, шумом и многолюдностью.
– Надо привыкать к городу, к имени Анна, к фамилии Двигубская. Надо привыкать к новой жизни.
Все эти годы она много раз, возбуждённая страшными воспоминаниями, представляла встречу с ненавистными ею людьми. В своих фантазиях она, изощряясь, пытала и мучила их, но когда реальность просыпалась в её мозгу, понимала, что физически убить человека она не в состоянии.
