Автор излагает собственное, совершенно оригинальное видение истории сэра Гавейна, одного из рыцарей Круглого стола. Данная история, основанная на обширном историческом материале, трактует образ Гавейна довольно неожиданно, включая в повествование магический элемент, однако совершенно не упоминая такую значимую в артуриане фигуру, как Мерлин. Зато автор уделяет довольно много внимания волшебнице Моргане. В любом случае, трилогию следует признать значительным вкладом в свод литературы, посвященной королю Артуру."История рыцаря Гавейна в трех книгах", книга 1.
Историческая подоплека этого романа точна лишь отчасти: я допустила некоторые анахронизмы и сделала несколько более серьезных отступлений от того немногого, что известно о Британии в период между уходом римлян и завоеванием саксами. Пожалуй, самое серьезное преступление против истории заключается в том, что я поселила на Оркнейских островах не только вымышленных людей, но придумала и места их обитания, а также измыслила ситуации, о которых в действительности ничего не известно. Весьма маловероятно, что император Гонорий поручил этим людям организацию обороны, а они выполняли его поручение так, словно на островах действительно существовала британская империя в конце третьего — начале четвертого веков нашей эры, и отголоски этого поручения все еще сказывались в Римской империи шестого века, принимавшей в Британии все более кельтский характер.
Что касается легендарного фона, то сначала я обратилась к различным кельтским источникам, а затем ко всему, что написано об Артуре к настоящему времени. Некоторые из стихов в романе действительно основаны на кельтских оригиналах: например, на поэме Дейрдре пятнадцатого века; или на «Путешествии Брана» восьмого века. Я использовала также гимн шестого века (или даже ранее), известный как «Кираса Патрика» или «Олений крик». Его версия дожила до нашего времени. Многие стихи принадлежат мне, но основаны они на образцах поэзии на староваллийском и ирландском языках, за исключением, конечно, отрывка из «Энеиды», книга VI. 125–9.
Произношение в валлийском языке кажется сложнее, чем на самом деле (ирландский лучше не упоминать).
В общем, я использовала современные валлийские формы. С названием мест в романе полный беспорядок. Но они вполне могли звучать именно так в давние времена. Поскольку роман является лишь частично историческим, будем считать, что география в нем не так уж и важна.
Моим родителям.
“Siquid adhuc ego sum, muneris omne tui esi.” (
(«Если нечто существует, пусть оно будет для всех»)
Автор действительно часто использует псевдоваллийские или староирландские формы для названия мест и имен героев. Однако для русскоязычного читателя они малознакомы, поэтому мы привели имена и многие названия к привычным литературным формам звучания, соответствующим устоявшимся в артуриане формам. Так, например, крепость короля Артура в романе именуется Камланн. В привычном написании это Камелот. В особенности это относится к имени главного героя — лорда Гавейна. У себя на родине его имя звучит как Гвальхмаи (в переводе — «Майский ястреб»), но в Британии он известен под именем Гавейн. В романе люди его клана и родичи называют его на ирландский манер, все другие — на британский. Также это касается сводного брата Гавейна — Мордреда. Сам Гавейн зовет его сначала Медро, потом — Медраут. То же касается староанглийского способа обозначать родство с помощью слова «ап». Частица ап — это позднее развитие более традиционной формы mab, uab (ирл. mac "сын"). Мы сохранили эту форму, так что формальное написание имени, например, главного героя будет выглядеть как Гавейн ап Лот, то есть Гавейн, сын Лота. Аналогично дела обстоят с именем жены короля Артура. В романе ее имя Гвинвифар, однако читатель легко догадается, что речь идет о королеве Гвиневере.
©
Когда мой отец получил весть о смерти Пендрагона, я играл на берегу моря. [Пендрагон в переводе с валлийского означает «Главный дракон» или «главный военачальник». Утер Пендрагон, отец Артура, был верховным королем бриттов. — В то время мне было одиннадцать лет, и воин из меня был никакой, как, впрочем, и из остальных мальчишек на Инсирке, во владениях отца на Оркадах. [Оркады — старинное название Оркнейских островов, архипелага, расположенного на северо-востоке от Шотландии, на границе Северного моря и Атлантического океана.] Охотник из меня тоже не получился, да и вообще я не очень-то походил на остальных ребят из благородных кланов нашего острова, с которыми мне приходилось жить и заниматься в мальчишеском Доме. Не складывались у меня отношения и с моим старшим братом Агравейном, нашим общим наставником. От того, что он был моим братом, и еще из-за планов моего отца на мой счет, жить мне было трудно. Ничего удивительного, что при малейшей возможности вырваться из порядком надоевшего быта будущих воинов, я сбегал к младшему братишке, но чаще — в свое любимое тайное место на берегу.
