– Чего бы мне… – Макбет заметил, как Джек кивнул в сторону зала, – чтобы у нас стало больше посетителей?
– Да. Чтобы к нам пришли те, кто сейчас в «Обелиске». Однако комиссар полиции не имеет полномочий закрыть «Обелиск», даже если у него будут улики, доказывающие, что клиенты играют в кредит.
– Разве?
– Я крупье и совершенно случайно узнал, что полиция может выдвинуть обвинение отдельным людям, однако закрыть казино имеет право лишь Комиссия по вопросам игровой деятельности и казино. А эта комиссия подчиняется…
– Городской администрации. То есть Тортеллу.
Макбет представлял все ясно и четко. Наркотики ему не нужны. То, что у него осталось, он выбросит в унитаз. Где-то далеко звякнул звонок.
– Похоже, у нас гости. – Джек поднялся.
Макбет схватил его за руку.
– Расскажу Леди о твоем плане – и ей наверняка сразу станет лучше! Как нам отблагодарить тебя, Джек?
– Не стоит благодарности, – Джек криво улыбнулся, – достаточно того, что вы спасли мне жизнь.
Дуфф сглотнул подступивший к горлу комок тошноты. Он находился на судне уже четверо суток, но лучше ему не становилось. Одно дело было приноровиться ходить во время качки и совсем другое – спертый запах на камбузе. Здесь, за дверью, пахло прогорклым жиром и кислым молоком, а по ту сторону, в кают-компании, там, где обедали моряки, стоял запах пота и табака. Кок велел Дуффу приготовить завтрак, сказав, что с такой ерундой Дуфф справится и в одиночку. От него всего-то и требуется, что сделать бутерброды и сварить яйца и кофе – это осилит даже страдающий от морской болезни новичок.
В шесть Дуффа уже отругали за опоздание, и после этого его сразу же стошнило в стоявшее возле койки ведро. Он еще и двух ночей не провел в одной и той же каюте: коек не хватало, и Дуфф спал на тех из них, чьи владельцы держали ночную вахту. К счастью, пока ему доставались только нижние койки, так что не приходилось лежать наверху в обнимку с ведром. Дуфф успел натянуть свитер до следующего прилива тошноты. По пути в кубрик его стошнило дважды – в унитаз возле штурманской рубки и в раковину перед последним крутым трапом. С завтраком он справился, и заступавшие на вахту моряки успешно прожевали и проглотили всю поданную им снедь. Пора было убирать со стола и готовить обед.
Дуфф глубоко вдохнул застоявшийся воздух, поднялся и направился в кают-компанию.
За ближайшим к нему столом сидели четверо, но говорил один – громогласный полноватый машинист с волосатыми подмышками, одетый в грязную, перепачканную машинным маслом футболку с темными потеками пота. На голове у него была тигровой расцветки бейсболка с надписью «Hull City AFC». Время от времени, готовясь отмочить шуточку или сразу после нее, механик фыркал. Собственно, вся речь его представляла собой поток остроумия, готовый смыть за борт всех тех, кто по рангу был ниже самого механика.
– Эй, салажонок, – крикнул он погромче, чтобы все слышали, что обращается он к молодому парнишке в очках, сидящему на другом конце стола, – попроси-ка нашего нового юнгу разогреть тебе рыбного пудинга! Засунешь туда член – глядишь, и поймешь, каково это – трахать телку! – Он фыркнул и захохотал. У остальных шутка машиниста вызвала лишь натужные короткие смешки. Молодой радист быстро улыбнулся и еще ниже склонился над тарелкой.
Машинист – Дуфф знал, что его звали Хатч, – опять фыркнул.
– Но, судя по этому вот завтраку, ты, юнга, вообще не в курсе, как разогревают рыбный пудинг-то. А, чего скажешь? – Опять фырканье.
Дуфф последовал примеру радиста и опустил голову. До прибытия в Капитоль ему не остается ничего другого, кроме как молчать, притворяться и не высовываться.
– Отвечай, юнга! Это, по-твоему, что? Омлет?
– Что-то не так? – спросил Дуфф.
– Не так? – Машинист закатил глаза и повернулся к другим: – Этот салажонок еще спрашивает! Этот омлет на вид и на вкус как блевотина. Твоя блевотина! Из твоего сырого салажьего хлебала!
Дуфф посмотрел на машиниста. Тот ухмылялся, а в его глазах притаилась злоба. Подобное он и прежде видел. Лориэл. Глаза у директора детского дома были такие же.
– Сожалею, если омлет показался вам невкусным, – сказал Дуфф.
– «Показался невкусным»! – передразнил его машинист и фыркнул. – Тут тебе чего – ресторан, что ли? В рейсе людей едой надо кормить, а не подсовывать им дерьмо! Вы-то что скажете, а?
Некоторые что-то одобрительно пробурчали себе под нос, но Дуфф заметил, что двое отвели глаза. Вероятнее всего, они поддакивали машинисту, боясь стать объектом его насмешек.
– Обед будет готовить старший кок, – сказал Дуфф, переставляя тарелки и пакеты молока со стола на поднос, – значит, обед будет лучше.
– А знаешь, что точно лучше не будет? – не унимался машинист. – Рожа твоя! Ты чего в шапке-то все время? Вши, что ли? И чего это за волосня у тебя на подбородке? Такая волосня обычно растет на заднице, а у тебя прямо на роже выросла, вот чудеса-то!
Машинист радостно огляделся, но на этот раз все отвели глаза.
