– Полицейское расследование, – сказал он, – дело чрезвычайной важности, нам срочно нужно известить бургомистра.
– Я могу передать ему все, что пожелаете.
– Нет, дело конфиденциальное.
Она вздохнула:
– Второй этаж, палата двести четыре.
Бургомистр Тортелл сидел на стуле посреди просторной палаты, обнимая сидевшего рядом сына за плечи. Когда Ленокс вошел в палату и кашлянул, они оба вздрогнули. На кровати лежала бледная стареющая жещина с жидкими волосами, и Ленокс сразу заметил сходство между нею и мальчиком.
– Добрый вечер, бургомистр. Вы, наверное, меня не помните, но мы познакомились на ужине в казино «Инвернесс».
– Старший инспектор Ленокс, верно? Отдел по борьбе с коррупцией?
– Польщен. Приношу свои извинения за вторжение.
– Чем могу помочь, Ленокс?
– Нам сообщили, что на вас готовится нападение.
Мальчик вздрогнул, однако Тортелл и бровью не повел.
– Хотелось бы поподробнее, старший инспектор.
– Более подробной информации у нас на данный момент нет, но мы считаем дело серьезным, и я приехал, чтобы переправить вас в более надежное место.
Тортел изумленно посмотрел на него:
– Мы в больнице – куда уж надежнее?
– О том, что вы здесь, пишут все газеты. А сюда может зайти кто угодно. Позвольте мне проводить вас к машине, которая доставит вас в укрытие. И будем надеяться, что тогда мы сможем заняться расследованием. Поэтому прошу вас, следуйте за мной.
– Прямо сейчас? Вы же видите, что…
– Да, вижу и очень сожалею, но мы – и вы в том числе – обязаны защищать бургомистра.
– Тогда встаньте у двери и охраняйте меня, Ленокс.
– Мне приказано не это.
– Тогда я вам приказываю это сейчас.
– Иди… – едва слышно прошептала лежащая в кровати женщина, – иди и забери с собой Каси.
Тортелл взял ее за руку:
– Но, Эдит, ты…
– Хороший мой, я устала, я хочу остаться одна. С тобой Каси будет в безопасности – послушайся этого полицейского.
– Ты точно…
– Да. Я уверена.
Ее глаза закрылись. Тортелл погладил ее по руке и повернулся к Леноксу:
– Ладно. Пошли.
Они вышли в коридор. Мальчик шел чуть впереди.
– А он знает? – спросил Ленокс.
– Что она умирает? Да.
– И как он?
– С переменным успехом. Порой ему становися совсем тяжело. Вот как сейчас. – Они спустились по лестнице и направились мимо больничного киоска к выходу. – Но он говорит, что все в порядке. Что, пока у него хоть кто-то из нас есть, все будет хорошо. Я зайду куплю сигарет. Подождете, ладно?
– Вон она, – Макбет показал вперед.
Джек заехал на тротуар напротив «Гранд отеля» и остановился между прачечной и бургер-баром. Они оба вышли из машины, и Макбет пристально оглядел толпу людей на улице.
– Спасибо, что так быстро приехал, – сказала Кетнес.
– Да брось, – отмахнулся Макбет. От Кетнес исходил пряный запах парфюма. Кажется, прежде она духами не злоупотребляла. – Давай, веди меня.
Макбет с Джеком прошли следом за ней по улице, на которой постепенно появлялись атрибуты субботнего вечера. Одетый в смокинг зевака, стоящий возле неоновой вывески с обнаженной женской фигурой, оценивающим взглядом окинул Кетнес, а потом бросил на асфальт окурок и злобно раздавил его.
– Я думала, что ты захватишь Сейтона, – сказала Кетнес.
– У него сегодня одно дельце в больнице Святого Георгия. Мы пришли? Это здесь?
Кетнес остановилась у поворота в узкий переулок, перед натянулой оранжевой лентой. Макбет заглянул внутрь, однако в переулке громоздились мусорные контейнеры и было совсем темно, так что он, как ни силился, рассмотреть ничего не смог.
– Я приехала первой, остальные будут чуть позже. На выходных всегда так – люди разъезжаются кто куда. – Кетнес приподняла ленту и пропустила Макбета вперед. – Шеф, ничего, если вы осмотрите тело без меня? Я прикрыла его простыней, но больше постарайтесь ничего не трогать, чтобы не уничтожить улики. Пусть ваш водитель подождет здесь, а я вернусь к «Джоуи» и встречу патологоанатома – он уже вот-вот приедет.
Макбет вгляделся в ее лицо, но ничего особенного не увидел. И тем не менее. Она думала, что Сейтон приедет вместе с ним. И сильно надушилась. Чтобы скрыть другие запахи.
– Ладно, – он вошел в переулок.
Он прошел всего метров десять, но звуки улицы сюда уже не доносились, Макбет слышал лишь жужжание вентиляторов, чей-то кашель в квартире наверху и музыку по радио. Тодд Рундгрен, «Hey, it’s me». Он протиснулся между контейнерами, стараясь не шуметь, хотя сам не знал почему. Наверное, профессиональная привычка.
Тело лежало прямо посредине переулка, в круге света от фонаря. С другой стороны просматривалась Пятнадцатая улица, но оранжевой ленты там Макбет не разглядел.
Из-под белой простыни высовывались ноги. Эти остроносые ботинки Макбет узнал сразу же.
Он подошел ближе. Глубоко вздохнул. Здесь пахло моющими средствами – видно, запах просачивался сквозь вытяжку прачечной. Макбет взял простыню и откинул ее в сторону.
– Привет, Макбет.
Макбет смотрел прямо на дуло пистолета, а целился в него лежащий на земле мужчина со шрамом на лице. Макбет медленно выдохнул:
– Привет, Дуфф.
Не отрываясь глядя на руки Макбета, Дуфф заговорил:
