– Нет… не будем усугублять их положение. – Магистр отвел свой взгляд от восходящего солнца.
– Для меня будет высшей наградой, если вы отдохнёте. Здравый ум приобретается в покое. Помните, как говаривал ваш дядюшка: «Не доспав перед битвой, в пылу сражения, воин погубит себя. Я же, не отдохнув, как следует, погублю вас всех».
– Ты, как всегда прав, – подметил Гемион, похлопав его по плечу. – Я, действительно устал, совсем не соображаю. Третья ночь без сна, меня это доведёт. Пошёл я к себе. Если, что-то пойдёт не так, буди! – сказал Гемион, заходя в шатёр.
Проспав до позднего вечера, Гемион проснулся не столь отдохнувшим как уставшим, но это было нормально. Выйдя из шатра, обнаружил, что костры горят, рыцари, общаясь, всё также шутили о доме и родных. Заметил колья, взявшие в кольцо крепость Гаморы. Поставлены за день, – догадался Гемион. Звёздное небо, как и в каждую стремящуюся к осени ночь, было чистым, усеянным яркими точками.
Перфаер подошёл ближе. – Как себя чувствуете, магистр?
– Набравшимся сил, – сказал Гемион посмотрев на него. – Что я пропустил?
– Ничего особенного. Сегодня глубокой ночью они попытаются по нам ударить. Так сказать, первый бой. Узнаем, с кем сражаемся и насколько они хороши.
– Значит, не зря я отдохнул! – оживившись, произнёс Гемион. – Мы уже знаем, куда именно они будут нападать?
– Конечно магистр! – сказал Перфаер, показывая рукой. – С левого фланга, они попытаются обойти и нанести удар по нашему слабому месту, потом проникнуть в лагерь и поджечь, устроив панику. Только лучше будет, если не вы будете возглавлять отражение их нападения.
– Разумно! – ответил Гемион, не задумываясь. – Это твой бой, я доверяю его тебе. Так что, можешь действовать.
Слегка преклонившись в знак благодарности, Перфаер отошёл от магистра. Жестом подозвав командиров, стал отдавать приказы. Гемион всё так же наблюдал. Сев на лошадей, Перфаер и два старших командира, вместе с несколькими отрядами рыцарей скрылись в лесу.
Глубокой ночью, когда лагерь затих, Гемион с трудом увидел силуэты, которые осторожно ползли в сторону их лагеря. Вдруг из леса, с факелами в одной руке выскочили другие воины, не рыцари Махагона, враги. Неожиданно, в них откуда-то полетели стрелы заставив убегать и бросить всякую возможность устроить диверсию. Силуэты, пытающиеся пойти в нападение, то же получили порцию стрел. После чего, со всех сторон к ним на лошадях стали приближаться рыцари Махагона, не давая и шанса к отступлению.
Дикий вой поднялся в небо. Сострадание только для тех, кто бросит оружие, отдав свою жизнь на милость победителей. Справедливость для тех, кто признает свою неправоту. Есть ли место жалости на войне, конечно же, нет!
Магистр был доволен увиденным. Подойдя к нему, один из рыцарей протянул послание. Взяв, Гемион вошёл в шатёр. Поставив лампаду, осветил строки.
Гемион улыбнулся, предвкушая встречу с дядей, которого так долго не видел. В шатёр зашёл Перфаер, кровь с его меча стекала по ножнам.
– Магистр, нам сдались семеро из десяти взятых нами в окружении, что прикажите с ними делать?
– Допросить, а потом одарить геройской смертью, – ответил Гемион, следуя за ним из шатра. – Если кто-то из них будет обладать важными сведеньями, тогда оставим в живых.
– Будет исполнено! – проговорил Перфаер, идя рядом с магистром по сумрачному лагерю ордена.
Бой, длившийся всего несколько минут, уже заставил понести потери. Со стороны Махагона, кроме раненых, никого, а вот противник лишился уже более полусотни воинов. Печально осознавать, что они не сдадутся на милость победителя. Не откроют ворота, пустив в свой город нас, что для них же и хуже.
Замок графа, а точнее его внутренний двор был наполнен всевозможными препятствиями и искусственными колдобинами. Наваленные ветки кучами разбросанные по земле, цепляясь за ноги, хрустели и придавали всему действу остроты.
