Обречённый, отпустив с левого плеча окровавленную руку, осторожно оттолкнул заслоняющую его жену. Отчаянье, подтолкнуло его воспользоваться моментом, пока Аххим отвернулся и не ждёт атаки. Резко вскочив, бросился на присевшего Аххима, целя в склонившегося убийцу. Чутьём почувствовав не достигшее пронзающее остриё, Аххим с разворота поднялся, нанеся скользящий удар по клинку противника. Кровью обагрилась земля. Наполненный страхом взгляд безжизненных глаз, в никуда. Отсечённая голова, упала рядом с телом.
– За что? – закричала женщина, обливаясь слезами.
– Сам виноват. Проиграл свою дочь, отдал, а потом передумал. Шакалом жил, шакалом подох. Аххим подошёл, взял женщину за волосы. – Молодая, ты ещё! Жить хочешь? – спросил он смотря в глубь её глаз и читая неподдельный ужас.
– Хочу! – взмолилась она. – Не убивай меня… прошу!
– Тебя не убью… пока, не убью! Слушай внимательно. Возьмёшь голову мужа, сложишь в мешок, поняла? Дочь и мешок с даром, принесёшь своему новому хозяину, поняла? – уточнил ещё раз.
Ощущая подлинный ужас от жара его дыхания, хрупкое тело сжалось. Ненасытное желание похоти, жадно било ей в лицо. Женщину трясло, но она не могла ни убежать, ни отринуть жёсткую хватку этого беспощадного убийцы. Слушала отрешённо, пока ручьи слез бежали по лицу, падая на невспаханную землю.
– Не сделаешь этого, я приду за тобой. Убью обоих! А так, живы будете… слово даю. Запомни, мне известно о тебе всё, так что не пытайся бежать. Аххим облизнул губу, испытывая возбуждение. – В доме терпимости, ты придешься ко двору! – сказал он, с усмешкой.
Аххим отпустил волосы женщины, увидев в её глазах безысходность. Вытер свой меч о тело убитого. Подошёл к мерину наёмника, погладил. – Хороший конь, быстрый, будешь моим теперь. Поставив ногу в стремя, забрался на мерина, отправил его шагом. Переступая по рассыпанным золотым монетам сделал круг, пришпорив отправил в галоп. Выехав за поселение, вышел на большак. Направился по тропе, противоположной нужному ему месту, что ведёт в край полного беззакония, в котором за роны можно купить всё что угодно.
Золото, Аххим презирал всегда, сколько себя помнил. Но, несмотря на это, деньги хранил у купцов в каждом городе, где брал заказ. По необходимости, без задержи, мог потребовать почти любую сумму, тратя на самое важное, такое как еда, оружие и жилье.
Договор, был немного другим. Нужно было убить всех и вернуть ребёнка его владельцу. Напуганная женщина сама закончит, выполнит, что сказано. В противном случае, её найти будет не сложно.
«Женщина сделает всё, чтобы защитить своего ребёнка» – эту истину, он узнал очень давно, но есть и исключения из правил. В его жизни встречались случаи, когда родители ради наживы не брезговали убийством своих детей. Сейчас же он был уверен, что она сделает как велено, ибо только лишь это спасет жизнь её драгоценному чаду. Ведь, что она может без поддержки, опоры и смысла жизни.
Стемнело. Аххим, привязал к поваленному дереву коня и наскоро устроил лагерь. Неожиданное дело изменило все планы, поторопив, лишило удовольствия. Долг, что он обещал уплатить, не мог ждать и требовал незамедлительного решения.
За краем гор загнанное существо бежало из последних сил. Оставив позади каменную рощу, добежал до густо растущих деревьев. – Удалось! Люди – уродство мира! Подчиняют нас своей воле, заставляют, используют. Мы делаем для них всё. Так, больше не может продолжаться!
Рассказы, дарившие надежду о чудном закрытом от солнца рае, где нет людей. Города, в которых можно жить не боясь смерти, не боясь боли и не страдая от голода. Найти это место, что видится во снах, любой ценой… пустое! Как же было глупо повестись на эту идею, отправиться в путешествие на поиски лучшей жизни.
– Где я теперь? – осмотрелся. Ночь и мерзкий запах человека затмевает, наполняя чуткое обоняние. Варвары были далеко, чтобы заметить его. Мало мест, где можно спрятаться, даже для «шепчущего». На возвышенности виднелся перелесок. Вслушиваясь во мглу и далёкие выкрики варваров, направился вглубь, скрываясь в обширном кустарнике. Остановился, припав к земле вслушался. Погони нет. За ним нет! Смертельная охота продолжалась, но уже дальше. Дикие варвары, скача на лошадях, показались на поле преследуя «шепчущего», у которого не было шанса. Выпуская стрелы с яркими от луны наконечниками, загоняли разумное создание на убой.
Зачем использовать себе подобных, если есть мы, «шепчущие»! Мы обеспечиваем вас, работая на полях. Мы рабы, у которых нет прав. Люди считают, что мы рождены для этого, но нет. Мы рождены для того, чтобы дать роду людей отпор! – понял Ешхал. – Я буду первым, кто будет бороться за наше будущее, которое лишили нас люди! – решил Ешхал. – Не буду больше гоняться за пустой мечтой, я буду творцом нового. Эта мысль, захлестнула его сознание. В тот же момент поднялся, как прояснённый. Вглядевшись во тьму, увидел далеко, очень далеко «шепчущего», спрятавшегося за деревом. Напротив, целясь играючи, то промахиваясь, то раня, сидел на лошади варвар, издеваясь выкрикивал ругательства.
