Махно и его крах полностью

Воплощая в жизнь решения III съезда КП (б) У и III Всеукра-инского съезда Советов, поставивших главной задачей переход от индивидуального хозяйствования к товарищескому, советские органы на местах, не дав почувствовать крестьянству преимущество коллективного ведения хозяйства, форсировали создание крупных советских хозяйств, допуская зачастую нарушение принципа добровольности. Такая политика шла вразрез с предостережениями

В. И. Ленина о недопустимости поспешного переустройства сель ского хозяйства на социалистических началах.

Это вызвало волну недовольства среди крестьянства, отрицательно сказалось на развитии и укреплении его союза с рабочим классом. Особенно рьяно против Советской власти выступало зажиточное крестьянство южного региона.

Земельный вопрос был главным в махновской деревне. Это показал еще II Гуляйпольский съезд в феврале 1919 г. Когда один из делегатов предложил «не делить шкуру неубитого медведя и перенести рассмотрение этого вопроса до окончательной победы над врагами», участники съезда встретили такое заявление гулом возмущения. Взявший слово повстанец Миксиренко заявил: «Зе мельный вопрос — самый наболевший вопрос, и к разрешению его нужно относиться в высшей степени внимательно и осторожно Если снять сегодня этот вопрос с повестки дня, то никто не пой дет на фронт, ибо крестьяне хотят быть уверенными, что они сра жаются за свои собственные интересы, за землю, за власть»¹⁵¹.

Боязнь потерять землю подняла южное крестьянство на борь бу с Деникиным. Теперь же, в условиях реализации утвержденного ВУЦИК 26 мая 1919 г. положения о социалистическом земле- _: устройстве и мерах перехода к социалистическому земледелию, предусматривавшему обобществление земель, создание совхозов, они были поставлены перед выбором из двух зол меньшего.

Кулачество требовало изъятия земли у государства, ликвида ции совхозов. Оно даже было согласно на то, чтобы передать всю бывшую помещичью землю в распоряжение тех, кто на ней тру дится. «Пусть наши голодранцы-незаможники и батраки заберу: землю, — ехидно рассуждали они, — им все равно нечем будет ее обрабатывать и тогда она волей-неволей попадет к нам»¹⁵².

Из 15 млн десятин земли, подлежащих распределению, в урав нительное пользование поступило фактически только 5 млн деся тин. На значительных массивах помещичьей земли создавались совхозы, большая часть земли закрепилась за сахарными и спирт ными заводами. Непонимание, страх и вражду вызывали коммуны, которые враги Советской власти представляли как попытку возродить кабалу.

Кулачество безошибочно распознало в лице коммуны нового опасного врага, борьба с которым будет не на жизнь, а на смерть. В штыки восприняло зажиточное крестьянство декрет СНК УССР от 12 апреля 1919 г. о хлебной разверстке на Украине. Занимались продразверсткой, как правило, коммунисты и рабочие. Махно умело использовал это обстоятельство, чтобы еще больше посеять рознь между городом и деревней, натравить несознательное крестьянство на коммунистов, подбить их на выступление против Советской власти.

Махно разрешал в своем войске открытые выступления коммунистов. Не будучи искушенными в агитации, они порой повторяли заученные революционные фразы и лозунги, которые без глубокого и детального разъяснения не были понятны широким слоям повстанцев и порой вызывали негативную реакцию. Коммунисты неоднократно подчеркивали, что Советская власть — это диктатура рабочего класса. Махно же все чаще заявлял на крестьянских сходах, что махновщина является защитницей и выразительницей интересов тружеников села. Таким способом Махно противопоставлял крестьянство пролетариату и привлекал на свою сторону значительные массы деревенского населения.

Частая смена правительства на Украине была также на руку Махно. Он доказывал их нежизнеспособность, ненужность, сам факт правительственной чехарды подрывал в крестьянстве авторитет власти, склонял его к анархии. Главным козырем батьки в этой пропаганде было то, что правительства не избирались народными массами, а назначались «сверху», что в их составе были не крестьяне и рабочие, а те же дворяне, чиновники и генералы.

Махно и его окружение рассматривали большевизм как идущую на смену буржуазии новую господскую касту, сознательно стремящуюся к экономическому и политическому господству над грудящимися массами. Национализацию промышленности махновские идеологи трактовали как передачу заводов и фабрик из рук отдельных капиталистов в руки одного вездесущего хозяина-капи-талиста — государства.

К середине 1919 г. махновщина превратилась во взрывоопасную антисоветскую силу.