«Дружественного огня» здесь не было и в помине: все говорило о заранее просчитанном расстреле. Дальше – больше: когда генеральный прокурор Марио Игуаран немного продвинулся в расследовании, дело стало выглядеть подозрительно: выходило, что солдаты встали на защиту владельца наркотиков, кем бы он ни был. «Это было не ошибкой – это было преступлением. Они оказывали услуги наркоторговцам», – заявил он после предварительного расследования.
Когда эта новость достигла округа Колумбия, Вашингтон получил все основания для того, чтобы безмерно удивиться. Соединенные Штаты только что передали Боготе последнюю часть тех 4 млрд долларов, которые они преподнесли ей в рамках плана «Колумбия». Этот пятилетний план, который ввела в действие администрация Клинтона, а администрация Буша продлила, должен был разом очистить мир от двух таких пагуб, как кокаин и «Революционные вооруженные силы Колумбии». Восемьдесят процентов этих денег составили «особые ассигнования» на модернизацию колумбийской армии. В первые годы нового века Вашингтон пожаловал вооруженным силам Колумбии больше техники и денег, чем любой другой стране мира, за исключением Египта и Израиля. Тем самым он преследовал двойную цель: свести под корень плантации коки и кокаиновый бизнес, а заодно и левых партизан. Но в Хамунди эти самые получатели военной помощи как раз и служили наркоторговцам, убивая полицейских. Что же США делали не так?
Колумбия не только славится самым высоким уровнем насилия в Латинской Америке, но и является одной из самых богатых ресурсами латиноамериканских стран. Здесь есть и плодородные равнины, где выращивают лучшие в мире сорта кофе, и роскошные побережья Тихого и Атлантического океанов, и джунгли с экзотической природой, и минеральные ресурсы – от угля до нефти, и великолепные Анды, и часть бассейна Амазонки, и даже крупный город Медельин, климат которого справедливо именуют «вечной весной». В первый день моего пребывания в столице страны, Боготе, один колумбийский остроумец объяснил мне: когда бог творил землю, он решил наделить эту страну всеми щедрыми дарами, которыми только владел. «Когда все прочие страны стали жаловаться, что их так обделили, – продолжал мой друг, – Господь сказал им: ничего, подождите и посмотрите, какими людьми я населю Колумбию. Уж тогда-то вы будете довольны своей судьбой!»
Идея рая, жизнь в котором отравляет сатанински злобное меньшинство людей, – тема, которая звучит в Колумбии часто. За соблазнительной силой волшебного реализма книги «Сто лет одиночества» нобелевского лауреата Габриеля Гарсии Маркеса громко звучит тема насилия и той значимой роли, которую оно сыграло в колумбийской истории, где искренняя борьба за правое дело или идеологию то и дело тонет и вязнет в насилии, которое она же и порождает:
«– Скажи мне, друг, за что ты сражаешься?
– За то, за что я и должен, дружище, – ответил полковник Геринельдо Маркес, – за великую партию либералов.
– Счастливый ты, что знаешь. А я вот только теперь разобрался, что сражаюсь из-за своей гордыни.
– Это плохо, – заметил полковник Геринельдо Маркес.
Его беспокойство позабавило полковника Аурелиано Буэндиа.
– Конечно, – сказал он. – Но все же лучше, чем не знать, за что сражаешься. – Он посмотрел товарищу в глаза, улыбнулся и прибавил: – Или сражаться, как ты, за что-то, что ничего ни для кого не значит[32]».
Работая корреспондентом Би-би-си, я видел немало крови на Балканах и на Кавказе, однако насилие, которым прославилась Колумбия, тревожило меня. Когда я отправился из Лондона в Боготу, это был единственный случай за все мои расследования, когда я так явно беспокоился из-за того, что подвергаю себя ненужному риску. Мой страх, конечно же, был преувеличен и представлял собой весьма несправедливое очернение дружелюбных и открытых людей, живущих в Колумбии. Преувеличен – определенно. Но он нисколько не был фантазией. Всего за неделю до моего вылета сюда я обедал в Вашингтоне с другом, очень вежливым человеком, который при расставании сказал мне: «Знаешь ли, это не шутки. Там правда бывает очень опасно». Он знал об этом лучше, чем кто бы то ни было. Шесть лет назад его жена остановилась на светофоре в Перейре, городе в ста милях к западу от Боготы, и рядом с ней затормозил мотоциклист. Пассажир мотоцикла выхватил пистолет и застрелил его жену на глазах у четырехлетней дочери и няни. Мой друг бежал в Вашингтон и до настоящего времени не может вернуться в родную страну. А во время пребывания в Колумбии я встретил там исключительное количество людей, которым пришлось пережить убийство родных или друзей.
